В общей сложности здесь собралось около четырёх рот, набранных из тех, кто прожил в станциях и кораблях всю жизнь. Роты разбили на взводы, а те на отделения по восемь человек в каждом.
Моё отделение получилось достаточно разношёрстным. В нём присутствовал, напоминающий в начале живой скелет, житель Цереры Роджерс Штульц. Там, насколько я слышал, на станции не использовали систем по поддержанию искусственной силы притяжения. Двое ненормально загорелых выходца из Меркурианской промышленной зоны[11], Алекса Эмери и Касара Диомира, похоже, знали друг друга до поступления на службу. Они кстати прилетели на том же корабле, что и я.
Эстрэс Тахита тоже прибыл с околозвёздной промзоны, но уже вращающейся вокруг Тау-Кита. Мишеро Садоул, Аэнора Ле Лей и Вестат Тексир вообще родом с колоний О'Нилла из ресурсной системы Эпсилон Эридана, лишённой землеподобных планет, но богатой на месторождения редкоземельных металлов.
Пустотники, жители астероидов и малых планет, те кто чувствовали полноценное притяжение благодаря вращению жилищ. Все мы сейчас менялись. Возрастала мышечная масса, кости становились прочнее, сухожилья и связки могли выдерживать всё большие нагрузки.
Обычными упражнениями такого нельзя было достичь. Наш второй иммунитет подвергся модификации. Тысячи микроскопических машин теперь трудились дни и ночи, подстёгивая процесс деления клеток, производя обновление тканей и укрепляя кости.
— Чёртовы садисты. Кажется, я сейчас лёгкие выплюну, — прокомментировал ситуацию Штульц, рухнув на пол. Выданная ему на время перерыва бутылочка с тонизирующим коктейлем откатилась в сторону.
Стоящая рядом Вестат холодно проговорила:
— Плюй сколько захочешь. Главное не на мою обувь. За казённое имущество каждый отвечает своей головой.
— Могла бы хоть немного посочувствовать, — вмешалась в разговор Касара. — Не видишь ему хреново.
— Всем хреново, но мы ж не жалуемся, — прокомментировал Эстрес, сам еле переводя дух.
Оглянувшись на разговаривающих, я заметил, что сидящая на корточках Алекса слегка напряглась, внимательно следя за своей знакомой.
Своё мнение поспешила изложить и Аэнора:
— Если он не может выдержать этих нагрузок, то ему не место в армии. Ей Штульц, а что ты здесь забыл? Мог бы дальше летать по своим туннелям на Церере.
— Во-первых, не на, а в. Туннели внутри планетоида.
— Ты меня понял.
— Во-вторых. У нас там стояли жилые вертушки. Их в Солнечной разве что на Венере не используют.
— Правда? А что же ты сюда прилетел, как пленник концлагеря?
— А я по жизни был дрищеватым. Ну а так разумеется приходилось выбираться в зоны микрогравитации.
Сидя рядом, я краем уха вслушивался в разговор будущих боевых товарищей, как ни как с ними вместе мне предстояло пройти всю службу.
— А в солдаты я пошёл из-за льгот. Тут тебе и денюжек накинут и рейтинг социальной благонадёжности подкрутят, да тело нормальное сделают. И всё за счёт государства! Разве может быть что-то лучше?
— Не может, — вновь заговорила Вестат. — И это лишь рядовым. Если подняться по службе, так перспективы выходят весьма интересные.
На её лице, на какое-то мгновение, возникла улыбка. Несмотря на малое время, проведённое в отряде, я понял, что от этой бывшей жительницы ресурсной системы, подобного ждать приходилось редко.
— И вас это не смутило? — решил высказать Мишеро. — Какого-то жителя Цереры, которого от работы вентиляции шатает, взяли в боевую часть. Уверяю, здесь не всё то, чем кажется.
— Сам-то ты тогда на кой ляд попёрся?
— Чтобы найти на это ответ. Ведь нас легко можно было бы заменить дронами. Или вывести в биорепликаторах боевые организмы. Но нет же, нас тренирую, подтягивают до уровня машин. Пичкают микронитами и препаратами...
Внезапно Вестат встрепенулась и оглянулась по сторонам, после чего, слегка повысив голос, произнесла
— Отставить разговоры. Наше время на отдых вышло. Допейте тонизирующий коктейль до подхода инструктора.
Видимо она поставила себе таймер, чтобы отдых не закончился неожиданно. Пунктуальная. Далеко пойдёт.
К началу второй недели нам выделили тренировочные комплекты, сбруи из десятков датчиков и модуль подключения к нашим улучшенным нейрошунтам. Теперь порядок упражнений каждому из нас указывала программа. Хоть какая-то, но индивидуальная работа.
День за днём нас подгоняли под стандарт бойца терранской армии. Причём не только физически, но и ментально. Мы посещали психологов, вшивающих в наши разумы различные ментальные блоки и лёгкие психокорректоры, а так же врачей, подсаживающих нам под череп механозародыши улучшенных версий имплантатов. Наше серое вещество готовили к перестройке под непосредственное получение данных от экзоскелета и контакту с симбиотическим искином.
Учитывая эти обстоятельства, у меня начали возникать сомнения, буду ли я тем же человеком к концу службы, если, конечно же, доживу.
