Войны судьбы полностью

— Тебе страшно? — спрашиваю я. Интересно.

Кристен на мгновение поднимает пистолет, хватает лежащую рядом рубашку и вытирает ею капельку крови, стекающую по моей груди.

— Ты имеешь в виду битву? — спрашивает он.

— Да, — отвечаю я ему.

Он на мгновение замолкает, начиная второй круг.

— Я не боюсь битвы, но еще больше боюсь того, что может из этого получиться, если мы проиграем.

— Мы не можем проиграть, — утверждаю я.

— Я знаю. — Он болезненно вздыхает. — Но я думаю, что это хорошая идея — подготовиться к любому исходу. Я люблю тебя, Зора, и я верю, что ты могла бы победить Артоса один на один, но он хитрый ублюдок. Он достаточно умен, чтобы не дать тебе загнать себя в угол.

— Мне было интересно, что произошло, говорю я, моя кожа светится немного ярче, — когда он вернулся в свою палатку и увидел, что я пропала. Я открываю глаза и смотрю вниз на склоненную голову Кристена, пока он работает. — Он может быть хитрым, но у него много гордости. Я надеюсь, что он будет искать меня только по этой причине.

Кристен поднимает на меня взгляд, от беспокойства морщинки пересекают его лоб. — Я не хочу, чтобы он снова причинил тебе боль.

— Я думаю, что мне уже не больно, — мягко признаюсь я, проводя большим пальцем по линии его подбородка. — Он мог отхватить конечность, убить друга — для меня в этом не было бы ничего нового. Все, что происходило за последние два года, только обострило меня.

— Мне не нужно гребаное оружие. Ты достаточно заострил на мне внимание, — шепчет Кристен.

— Что? — Спрашиваю я.

Он отрывается от работы с грустной улыбкой.

— Это то, что ты сказал мне, когда я предал тебя и Гретту.

Мой рот скривился, и я отвожу взгляд.

— До того, как я ударил тебя.

— Да. — Он медленно выдыхает и начинает следующий круг. — Это был момент, когда я понял, что безвозвратно влюблен в тебя, и что ничто этого не изменит.

— Проклинание тебя и физическое насилие привели к любви? — Замечаю я, одобрительно фыркая.

Кристен улыбается и слегка пожимает плечами.

— Я не знаю. Мне всегда сходило с рук подобное дерьмо, потому что я делал это во имя ‘Судьбы’ и Богов. — Он тяжело вздыхает. — Ты был первым человеком, который поставил меня на место, был честен со мной. Это был тревожный звонок, — говорит он и целует меня в грудь, — и я рад этому.

Он отстраняется и опускает тату-пистолет, что-то похожее на гордость сияет в его захватывающих дух голубых глазах, когда он смотрит на перекрывающиеся круги, теперь украшающие мою плоть.

Я опускаю взгляд и рассматриваю их с мягкой улыбкой.

— Отличная работа, Эстал, — признаю я.

Он со злобным видом швыряет пистолет на пол.

— И как ты отблагодаришь меня за такое тонкое мастерство?

Я соответствую его образу и покачиваю бедрами.

— У меня есть кое-какие идеи.

— Я тоже, — рычит он и хватает меня за бедра, поднимая и бросая на кровать. Я ахаю от восторга, когда он раздвигает мои колени и опускает лицо между моих бедер. Я вздрагиваю, когда он проводит языком вверх и выше, проводя им по моей промежности, затем к животу, прежде чем прикусить мягкий изгиб моей талии.

— Трахни меня, — умоляю я, и он стонет, садясь на колени и переворачивая меня на живот.

— Это приказ, моя королева? — спрашивает он, запуская руку в мои волосы чуть ниже макушки, пока не откидывает меня назад, ставя на четвереньки и прижимая свой кончик к моему гладкому входу.

— Сейчас, — рычу я, мое сердце колотится в груди. Я вскрикиваю, когда он врезается в меня раз, другой — снова и снова — его темп быстрый и мощный.

— Кристен, — стону я, и он дергает меня за волосы, входя в меня все глубже, сильнее, так что изголовье кровати врезается в стену. — Ты сломаешь кровать, — предупреждаю я его, напрягаясь, пот стекает по моей шее.

Он остается спрятанным внутри меня, когда отпускает мои волосы и тянет мои плечи вверх, пока моя спина не оказывается прижатой к его груди, его губы у моего уха. Я протягиваю руку к его затылку, хватая за волосы и прижимаясь к нему всем телом.

— Я все сломаю, — шепчет он низко и хрипло мне на ухо, — если это доставит тебе удовольствие.

— Постель? — Шепчу я в ответ.

— Всегда.

— Мужчина?

— Шеи могут ломаться так же легко, как ветки, при правильном усилии, — выдыхает он, приподнимая мои бедра и насаживая меня на свой член.

Я стону.

— Королевство?

— Здания будут рушиться во имя тебя.

— Королевство?

— Я твой клинок, моя королева. Используй меня, как считаешь нужным.

Он покусывает мою шею, затем кусает плечо, когда оргазм сотрясает меня, его имя в восторге срывается с моих губ.

Он быстро переворачивает меня, закидывая мои ноги себе на плечи, прежде чем ударить, его живот и челюсть сжаты от страсти и ярости.

— Мы победим, — обещает он.

— Мы всегда будем побеждать, — соглашаюсь я, и он врезается в меня в последний раз, его руки дрожат, когда он достигает пика, наши глаза встречаются, и победные улыбки озаряют наши лица.

Глава 19

КРИСТЕН