– А надо было! – назидательно приподняв указательный палец, промолвил его духовный наставник. – Что ж, сейчас я расскажу тебе о том, как я себе все это представляю. Если ты сегодня проиграешь, Паук и прочие сатанисты этим не удовлетворятся. Единственный, кто осмелился бросить им открытый вызов, оказался недостаточно силен, – решат они, – а стало быть, остальные и вовсе яйца выеденного не стоят. Да-да, именно так решат эти подлые негодяи, после чего примутся наводить в колонии свои порядки. Прольется много христианской крови, сын мой. Ну а плоды нашего труда, – взглядом отец Аристарх указал на почти достроенный храм, – будут разрушены и втоптаны в грязь обезумевшей дьявольской ордой. Думаю, ты догадываешься, какая судьба ждет меня, если Антихрист все же поднимет свою мерзкую голову. А ведь именно это непременно произойдет, если сегодня вечером ты падешь поверженным на арену Колизея. Не дай Бог, конечно, – священник перекрестился.
– Так что же мне делать? – слегка дрогнувшим голосом спросил Николай. – Ведь я всего лишь человек.
– Всеми фибрами души своей должен ты уповать на силу Господа! – воскликнул отец Аристарх. – И тогда благодать Его снизойдет на тебя, и ты сам сделаешься частью ее. Станешь неодолимым Господним орудием, сокрушающим все на своем пути. Вспомни о том, что я говорил тебе несколько дней назад. Опирайся в борьбе своей на священный символ креста, и ты победишь. Но это еще не все, – батюшка огляделся по сторонам, как будто то, о чем он намеревался сейчас рассказать, представляло собой некую страшную тайну. – Слушай внимательно, Николай. Я хочу поведать тебе о нетварных энергиях. Доводилось ли тебе когда-либо прежде слышать об этом?
– Нет, – покачал головой Ветров. – К сожалению, не приходилось.
– Тогда слушай, – улыбнулся отец Аристарх. – Нетварные энергии – это благодатные действия Божии, открывающие Бога тварному миру, позволяющие человеку сокровенным образом приобщаться Божеству. Да, Православная Церковь всегда утверждала учение о запредельном, премирном Боге. Но в то же время мы всегда указывали и на возможность обожения тварного человека, настоятельно учим о необходимости различения непостижимой Сущности Божией и доступных человеку нетварных энергий Божественной Сущности. Эти энергии суть Премудрость Божия. Святитель Григорий Палама учил об единой числом, но многообразной в своих проявлениях миру нетварной энергии, общей для всей Пресвятой Троицы. Догмат о непостижимом различии в абсолютно простом Божестве сущности и энергии был принят на Константинопольском соборе 1351 года и выразил принципиальное отличие православия от римско-католической версии христианства, поскольку в католичестве, признающем лишь нетварного Бога и тварный мир, отстутствует учение о нетварных энергиях и присущая этому учению богословско-мистическая глубина. Только у нас, только у православных есть эта сила, понимаешь?
Ветров оторопел. Он понял не все из сказанного отцом Аристархом, но, как ему показалось, вполне уловил основную суть.
– То есть, вы хотите сказать, что…
– Тише! – прервал его батюшка. Вновь подозрительно оглядевшись, Аристарх перешел на шепот:
– Думаю, ты правильно догадался, Николай. Да-да, вполне в человеческих силах обрести ни с чем не сравнимое могущество, которое поможет стереть в порошок любого врага. Стать, если можно так выразиться, бичом Божиим во плоти. Но такая способность дарована далеко не каждому. Открою тебе еще один секрет, Николай. В лоне Русской Православной Церкви существует секретное подразделение, занимающееся выполнением силовых операций. Называется оно просто – воины Церкви. Так вот, наши воины обладают множеством способностей, не доступных обычным людям. Но со времен Пересвета никто из них не был замечен в использовании нетварных энергий. И Церковь с нетерпением ждет, когда у нее, наконец, появится новый великий герой. Я чувствую – именно ты можешь им стать, Николай.
– Пересвет? – удивленно произнес Ветров. – Насколько я помню, это был русский богатырь, который победил Кочубея перед началом Куликовской битвы. Но какое отношение он имел к Церкви?
– Самое прямое, – улыбнулся батюшка. – Ведь он был монахом-воином, одним из тех, чьим примером вдохновлялись позже первые воины Церкви. Пересвет был иноком Троице-Сергиевского монастыря, и благословение на участие в Куликовской битве он получил от самого святого старца Сергия Радонежского. Перед битвой князь Дмитрий Донской отправился к старцу в монастырь за благословением. Татаро-монголы в те времена считались непобедимыми, а имя преподобного Сергия, как праведника и чудотворца, было прославлено по всей Руси. Благословение, полученное от такого человека, должно было вселить надежду во всех воинов. Преподобный Сергий не только благословил князя, но и дал ему в сопровождение двух иноков, хорошо владевших оружием. Этими иноками были Александр Пересвет и Родион Ослябя, которых преподобный Сергий перед этим постриг в Великую Схиму.
