Страх несся быстрее хищников франзийских лесов. Они были готовы ухватиться за малейшую возможность, чтобы отступить. Микл проклинал их трусость. Она могла свести к нулю уникальный опыт, опыт, который, быть может, мог радикально изменить ход вещей. Ему надо было обязательно знать исход покушения, чтобы принять окончательное решение. Если скаитов можно уничтожить оружием, он организует межпланетное движение с целью уничтожения всех существ в бурнусах на всех мирах. Он всю ночь обдумывал свой великий проект. Ему придется вступить в контакт с контрабандистами, убедить передать ему пиратские дерематы, набрать и обучить убийц на каждой из трехсот семидесяти семи планет империи Ангов, руководить ими или координировать операции из некоего места, которое с помощью мемодиска будет связано с местными корреспондентами. Эта амбициозная программа имела множество неизвестных величин, в том числе и реакцию контрабандистов – людей, не обремененных угрызениями совести, – но ни одно препятствие не казалось Миклу непреодолимым. Его вдохновляли новые фантастические перспективы, которые открывались в случае смерти скаита. Он перестал быть воителем безмолвия, воспользовался отсутствием учителя, махди Шари, чтобы по-воровски сбежать с Матери-Земли, огорчив своих светоносных родителей, Найю Фикит и Шри Лумпа. Он жил случайными заработками на других мирах, куда его забрасывали скитания, утерял вибрацию антра, утерял все надежды… Быть может, настал день восстать из праха, вернуть себе достоинство, вновь окунуться в героику сражения. При условии, что эти трусоватые охотники, тайные агенты возрождения, не дрогнут в последний момент. Хотя, вероятнее всего, они проявляли свою храбрость только в дни великих оказий, вроде группового изнасилования официантки бара или методичного уничтожения безопасных дикарей леса.
– Он уже не придет, – сказал Геоф.
Микл упрямо глядел на створки металлических ворот, от которых отражались ослепительные лучи двух Домовых. Откройтесь! Откройтесь! Он не сможет жить, если погаснет огонь, пожиравший его, тот огонь, который заставлял его идти на немыслимый риск на Шестом Кольце Сбарао и потом, после кровавых репрессий имперских войск, когда он ворвался в агентство МТК, убил служащего и проник в деремат. Координаты последнего путешествия еще не были стерты. Он нажал на светящуюся кнопку переноса и материализовался на искусственном спутнике Эдем, комплексе для восстановления здоровья богатых стариков. Там занимались пересадкой органов, выращенных из человеческих эмбрионов, пластическими операциями и использовали все виды более или менее разрешенных технологий, чтобы замедлить процесс старения. К счастью, Микл пришел в себя в номере отеля предыдущей пользовательницы деремата, сбараянки ста шестидесяти лет. Она спрятала его, накормила, обласкала. Он же вместо благодарности задушил ее шнуром от штор, а потом присвоил множество пластин по тысяче стандартных единиц, которые она неосторожно разбросала на кровати. С наглостью десятилетнего мальчугана Микл пытался убедить служащего МТК на Эдеме отправить его в Свободный Город Космоса. Служащий решил, что лучше будет оглушить мальчугана, завладеть его драгоценными пластинами и, чтобы отделаться от него – как добрый крейцианин, он не любил убивать, – запрограммировать его на полет на Мать-Землю, на забытый мир, куда никто не летал и откуда никто не возвращался. Этот непредвиденный полет мог и должен был дать Миклу уникальный шанс в жизни. Он еще не оправился от эффекта Глозона, как вокруг него ниоткуда появились сказочные светоносные существа… Шри Лумпа, Найа Фикит, Шари, которому тогда было шестнадцать лет, и несколько их учеников… С этого мгновения вся жизнь его стала чередой чудес. Найа Фикит стала ему матерью, о которой он и не мог мечтать. После посвящения он научился управлять звуком жизни, путешествовать с помощью мысли, сливая свой голос с вибрирующим хором творения… Воители безмолвия готовили переход от эры Кали к эре Сати, от эры разброда к эре единения. Переход был опасным, поскольку другие формы жизни оспаривали у человека статус творца и стремились уничтожить весь род человеческий. В возрасте двадцати лет Шари, приемный сын Найи Фикит и Шри Лумпа, последнее звено в династии махди, отправился, чтобы пройти последнее и таинственное испытание… Почему Микл не дождался его возвращения? Почему его вдруг охватило неодолимое желание покинуть своих соучеников и светоносных родителей? Желание путешествовать по мирам, пьянея от могущества, которое ему давала антра? Он только помнил, что ощутил отвратительное чувство ревности, когда родилась Йелль, дочь Найи Фикит и Шри Лумпа. Идеальная мать покинула его. Как и несколько лет назад его биологическая мать. Он не смог вынести второго предательства.
Охотники покинули свои места. Они направлялись к двери зала, чтобы выйти на площадку внешней лестницы.
– Подождите! – крикнул Микл.
Створки ворот медленно расходились.
