Дрейк и Иклас подхватили Орестеса, Легер и Флавиус – Райана. Бросив последние взгляды на меня, они взмыли в небо на белоснежных крыльях и на огромной скорости понеслись к щиту.
– Решила пожертвовать собой? Как благородно, – басовито усмехнулся Метатрон.
– В смысле? – я расширила глаза в выражении неискреннего удивления. – Нет, конечно. Я сейчас разберусь с тобой, потом героически донесу серафима до дворца и ближайшее время буду ему припоминать, как вытащила его зад из-под носа правителя Инферно.
Теперь Метатрон расхохотался.
– Я не убью тебя. Слишком легко, – заключил он, помотав головой.
– Благодарю, – я изобразила реверанс и развернулась с копьём, удлиняя энергетическую цепь.
Наконечник понёсся прямо в грудь Метатрона. Реакцией его природа не обделила, иначе бы он не прожил так долго, так что легким взмахом меча оттолкнул от себя опасность. Но острое лезвие лишь развернулось и попыталось ужалить в спину. Я постепенно отходила от Уриэля, создавая вокруг Метатрона целую смертельную карусель. Он легко отбивался, иногда выходя из оцепления. И тогда мне приходилось тяжело. Вот только и моё состояние не соответствовало уровню противника. Тело еле слушалось, мышцы болели, ушибы ныли, да и голова кружилась от банальной усталости. Лишь упрямство и адреналин в крови заставляли двигаться на пределе сил и беспрерывно атаковать. Но этого было маловато против сильнейшего из серафимов.
Метатрон вдруг исчез из вида, резко рванул на меня. Я попыталась отклониться, но на этот раз избежать удара не удалось. Меч скользнул под правым ухом. А мозолистые пальцы впились в горло. Я захрипела, повиснув в воздухе, и вскрикнула, когда Метатрон впечатал меня спиной в землю. Крик вырвался из лёгких вместе с остатками воздуха. Боль разносилась по телу, кислорода катастрофически не хватало, лицо серафима с довольной ухмылкой на губах заволакивало пеленой выступивших на глаза слёз. Я заскребла по руке мужчины, пытаясь ослабить хватку на шее.
Легко ей говорить. Её не шарахнули спиной и не душат. Но теперь можно было задействовать вторую часть плана. Большую часть артефактов я успела использовать, но несколько практически бесполезных осталось. Один из них я сорвала с пояса и пропихнула под нагрудник мужчины. Хватка на моей шее исчезла. Мне удалось вобрать в лёгкие живительный кислород.
– Что… ты… – пророкотал Метатрон, тяжело дыша.
– Сейчас будет взрыв, – обрадовала его я между приступами кашля.
Серафим принялся рвать на себе крепления нагрудника. А я стремительно перевернулась и на крыльях рванула к лежащему в отдалении Уриэлю. Подхватила его на руки, после чего свечкой взмыла в небо, на лету активируя артефакт иллюзии. И сразу же заключила нас в скрывающий энергию барьер. К сожалению, ничего не спешило взрываться внизу, просто потому что подобные артефакты были использованы уже давно, против низших. А Метатрон получил небольшой кругляш с ментальной начинкой, вызывающий панический страх. И вот пока он там внизу метался в панике, мне удалось достигнуть серых туч и раствориться в их густой дымке. Снизу послышался разъярённый рык Метатрона. Он тоже поднялся в небо. Но я спешила отдалиться от взбешённого серафима, потому неслась на пределе возможностей ортелла. Кровь вытекала из раны, заливала доспех, а вместе с её потерей таяли силы. Окружающее расплывалось, я видела перед собой лишь серую дымку. Веки наливались тяжестью, мне с трудом удавалось удерживать в руках Уриэля.
Мелькнул прозрачный барьер щита, проявилась знакомая энергия золотого источника. И на этом силы окончательно меня покинули. Крылья развеялись вместе с бронёй. Почти теряя связь с реальностью, я камнем полетела вниз. И краем уходящего сознания ощутила, как меня обволакивает барьер Бэлоса, и падение замедляется.
***
У уха раздалось какое-то тихое бормотание.
– Так, их лучше сюда, – донёсся почти неслышный женский голос.
Приоткрыв глаза, я обнаружила себя в огромной двуспальной кровати смутно знакомой комнаты, заставленной вазами с цветами.
– О, госпожа, вы очнулись? – в поле моего зрения показалась светловолосая девушка в простом золотом платье с ещё одним букетом в руках. Похоже, его она и пыталась пристроить.
– Госпожа? Опять что ли? – я на всякий случай вытянула из-под одеяла руку и проверила запястье.
Какие-либо брачные татуировки отсутствовали, как и мой артефакт… Глаза расширились от ужаса. Я резко села, принявшись проверять руки и голову. Меня раздели до гола и избавили от абсолютно всех артефактов! Как?! Неужели у Уриэля всё это время был ключ? Выходит, он сразу же вышел на моего артефактора?
– Где мой доспех? Артефакты? – хриплым со сна голосом потребовала я ответа.
Нагота пугала не так сильно, как полнейшее отсутствие защиты. Девушка, кажется, моих страхов не понимала и вполне добродушно пояснила:
