Я хмуро посмотрела на нее, но больше вопросов задавать не стала. С тяжелым вздохом я стянула с себя старую одежду и начала переодеваться. В голубое платье.
* * *
Одевшись, мы с мамой вышли из зала и стали ждать начала праздника. Как и было велено, я надела голубое платье, а тяжелая, отороченная мехом накидка защищала меня от ветра.
Дедушка вернулся из порта вместе с ярлом Ньялом, Кальдером, Эгилом, Эйлифом и женой Эйлифа Хельгой. По какой-то причине Эгил так и не был женат.
Ярл и его семья остановились в нашем главном доме, а остальная часть их отряда разбила лагерь в поле между деревней и рощей. В ближайшие несколько дней в Далре ожидалось много гостей. Обычно пустое поле превратилось во временное поселение, когда все начали собираться на зимний блот. Взглянув в ту сторону, я увидела, как к небу поднимается дым от походных костров.
Тетя Аста и жена дедушки, Гудрун, вышли вперед, чтобы поприветствовать собравшихся.
— Где Лейф? — поинтересовалась мама, оглядывая толпу.
— Он с конунгом Гудмундом. Скоро прибудет, — успокоила её я.
Мама нахмурилась, сбитая с толку.
Ярл Ньял выглядел еще более дряхлым, чем когда я видела его в последний раз. Он словно ссохся, и меха на плечах явно давили на него своим весом. Он был хрупким и опирался на посох, заходя в зал.
Когда ярлы ушли, к нам присоединилась жена Эйлифа, Хельга.
— Леди Свафа, — сказала она, широко улыбаясь матери. — Зимний холод пробуждает румянец на ваших щеках. Как вы себя чувствуете в этот прекрасный день?
— Холодно. А вы кто?
— Хельга. Уверена, вы меня помните. Я гостила здесь зимой три года назад и здесь родила свою третью дочь.
— Как мило, — ответила мама и пошла прочь.
Я мягко коснулась ладони Хельги.
— Она не хотела тебя обидеть.
Хельга вымученно мне улыбнулась, одёрнула руку и бросилась вслед за всеми из залы.
Её холодность окатила меня ледяной волной и смыла любое тёплое отношение. Ну, естественно, даже самые дальние родственники считают меня незаконнорождённой. И глупо переживать по этому поводу.
— Да чтоб их Фенрир проглотил! Пошли, начались зимние игры. Может, посмотрим? Мужчины будут бороться за приз, а это всегда приятное зрелище, — сказала Эйдис, дергая меня за руку.
— А не боишься, что Локи заревнует?
Эйдис рассмеялась.
— Идём! До тебя здесь никому нет дела.
— А нельзя выдать эту горькую правду как-то помягче?
— Конечно, можно, но зачем тратить время впустую? — сказала Эйдис с озорной улыбкой, взяла меня под руку, и мы направились прочь из залы.
Глава 7
Мы с Эйдис спускались по узким деревенским тропинкам к полю на окраине города. За ним раскинулась большая роща, в которой должны были совершаться священные обряды, и где росло священное дерево под названием Око Гримнира. Повсюду были установлены палатки, чтобы защититься от холода; в импровизированном поселении горели костры.
Мы прошли через разбитый лагерь.
На одной стороне поля молодые люди играли в кнаттлейкр. На другой стороне мужчины выстроились в линию, чтобы метать копья через обруч на противоположном конце поля.
Среди мужчин я заметила Торгуда, сына кузнеца. Он примерялся к весу копья в своей руке и мускулы на его плече вздулись, напрягаясь.
Он посмотрел на нас с Эйдис и улыбнулся. Этот весёлый парень никогда не упускал возможности пофлиртовать.
— Пришли посмотреть на мою победу, леди Хервёр? — поинтересовался он.
— Сначала нужно оценить, на что ты способен, — ухмыльнулась я.
Остальные участники отошли в сторону, чтобы он мог подойти к линии. Парень поднял копье, глубоко вдохнул-выдохнул и бросил.
Копье поднялось высоко вверх и, перелетев сверху от кольца, приземлилось в снег. Бросок был хорош. Но недостаточно.
— Видели, как далеко оно улетело? — крикнул мне Торгуд. — Дальше, чем все остальные. Может, поцелуете меня за это?
— Хервёр тебе скорее зубы выбьет, чем поцелует, — добродушно хохотнул один из мужчин.
Я подмигнула мужчине и повернулась к Торгуду.
— Да, улетело далеко. Но следующий раз попробуй попасть
— Зачем Хервёр мужчина, который не может попасть своим копьём в нужную дырку? — подхватила Эйдис, и мужчины захохотали на всё поле. — Следующий раз постарайся лучше, мальчик.
Я толкнула её локтем под рёбра.
Торгуд смущённо кашлянул, а потом засмеялся вместе со всеми. Я кивнула ему, и мы с Эйдис двинулись дальше.
Мы остановились, чтобы понаблюдать за мужчинами, которые участвовали в борцовском поединке. Несмотря на холод, они сняли рубашки и пытались удержать друг друга в захвате.
Судя по всему, ставки уже были сделаны. Рыча и сдавленно хрипя, мужчины катались в грязи, пытаясь победить.
— Может, они и сильные, но после этого будут пахнуть, как свиньи. Жаль, — сказала Эйдис, отворачиваясь от этого зрелища. — Ну ладно, идём дальше.
Мы побрели вдоль ряда торговых повозок и палаток. Там продавали кожу, горшки, корзины и другие мелкие безделушки.
Я остановилась, чтобы посмотреть на украшения, сделанные женщиной и ее маленькой дочерью. У них был целый ассортимент каменных и стеклянных бус, серебряных и стальных колец для волос и заколок, серебряных амулетов в форме Мьельнира и других красивых вещиц.
