После разъяснений по телефону Сана заявилась в номер к дублерше и повела себя, как начальник.
— Дай паспорт, — потребовала она, а когда получила документ, тут же его порвала.
— Зачем? Ты что! — на глазах дублерши выступили слезы.
— Тебе же Мосягин объяснил — ты теперь не Сидорова, а Арина Славская!
— И как мне без паспорта?
— Едем в милицию. Там поплачешься и скажешь, что у тебя пропал паспорт и кошелек. Вчера были в сумочке, а сегодня нет, где украли, не знаешь. Тебе срочно нужен новый документ.
— А мне дадут?
— Конечно! Там же мужики работают, они будут рады помочь известной певице и красивой женщине. Надень мини-платье, колготки в сеточку и туфли на каблуке. Я тебя жду в машине.
Антон и Сана привезли дублершу к главному управлению милиции Краснодара.
— Ты — Арина Сергеевна Славская, — напомнила Сана. — Требуй паспорт, крути попой, дыши грудью и вытирай слезы.
Когда девушка зашла в здание, Сана сосредоточила слух на ее голосе и стала рассказывать, как ее принимают милиционеры.
— Узнали, сочувствуют, обещают найти вора.
— Не то, не то, — бормотал недовольный Антон.
— Пластинке и билетам рады, но предлагают выдать справку, чтобы паспорт получила в Москве по месту жительства.
— Вот же козлы! Придется задействовать тяжелую артиллерию. Ты запомнила текст?
— Мне главное вспомнить голос Щелокова. Министр выступал перед концертом в честь дня милиции, там Славская пела.
Они отъехали в тихий переулок и зашли в телефонную будку. Антон плотно закрыл дверь и дал последние наставления:
— Я наберу прямой номер начальника Краснодарской милиции и скажу, что соединяю с министром. Генерал в штаны наложит, возьмешь его тепленьким.
Так и случилось. Когда Антон передал Сане трубку, та уже вошла в роль грозного министра внутренних дел.
— Говорит Щелоков. Кто у аппарата? — строго спросила она.
— Начальник милиции по Краснодарскому краю генерал-майор Станченко, — отрапортовали в трубку.
— Почему я звоню тебе, генерал?
— Не могу знать, товарищ министр.
— В твоем городе певицу Арину Славскую ограбили, а ты ни сном, ни духом.
— Виноват, товарищ министр! Расшибемся в лепешку, но найдем вора.
— А если не найдешь? — Сана выждала паузу и сменила тон на более дружественный: — Ладно, я понимаю, курортный край, проблем полно, бросать все силы на мелочевку глупо. Поступим так, Станченко. Славская скажет, что уронила паспорт в реку, а ты ей сегодня же оформишь новый. Ей в Москву возвращаться некогда, гастроли летом по всему Союзу. Она у нас на концерте в день милиции пела, и еще выступит. Вопросы есть?
— Никак нет, товарищ министр!
— Тогда действуй! Докладывать не надо, Арина мне сама сообщит, как ее обслужили твои крючкотворы. Если что…
— Все сделаем, сам проконтролирую, — заверил генерал.
Сана повесила трубку, но не спешила выходить из будки. Она чувствовала прилив адреналина в крови, возможно от удачной аферы, а возможно от того, что Антон был рядом. В тесном пространстве их тела соприкасались и не хотелось разрывать эту связь. С его появлением ее шумные, но однообразные будни раскрасились новым цветом. Она теперь не одна и может говорить «мы», строя планы на будущее. А еще она может протянуть руку и почувствовать ответное прикосновение к себе.
Через полчаса новоявленная Арина Славская вышла из управления милиции с новеньким паспортом.
— Привет, Арина. Теперь ты настоящая Славская, — поздравила ее Сана и предупредила: — Трепаться об этом Мосягин пока запретил.
После Краснодара гастрольный тур дублерши Арины Славской продолжился на черноморском побережье. Группа давала несколько концертов в каждом курортном городе и переезжала на новое место. За дисциплиной в коллективе следил Левон. Конферансье отчитывался перед Мосягиным по телефону, а тот приезжал раз в несколько дней за выручкой.
В первый раз, когда Мосягин уехал с деньгами, за его «волгой» пытался проследить Самородов на «жигулях». Васькова он не взял, угрюмая физиономия водителя Саны была известна администратору. Да и белые «жигули» с алтайскими номерами Мосягин наверняка запомнил, поэтому Антон держался подальше от «волги» и в неудачный момент из-за дурацкого светофора упустил администратора.
В следующий раз для слежки Самородов задействовал Сану. Теперь в машине они были втроем вместе с Васьковым и не таились. Уникальный слух девушки позволял отслеживать передвижение администраторской «волги» по звуку двигателя.
— Опусти стекла и выключи радио, — потребовала Сана.
Она плавно погрузила себя в особое состояние, когда все прочие ощущения сводятся к нулю и обостряется главное — слух. Ее организм превратился в единый слуховой орган, настроенный на конкретный объект. Она словно птица видела «волгу» сверху и комментировала:
— Он увеличил скорость, едет прямо. Опасно обгоняет.
— Мы тоже так можем, — бормотал Антон, давя на газ.
— Свернул направо. Не здесь, на следующем перекрестке, — подсказывала Сана. — Не разгоняйся. Мосягин съехал с дороги и заглушил двигатель. Хлопнула дверца, он вышел.
Самородов проехал до места остановки и прочел вывеску:
