Трифонов забыл об осторожности, потому что обычно любую опасность и непредвиденных гостей легко засекала Сана. Но сейчас Вокалистка, сконцентрированная на далеких голосах, подсознательно глушила все окружающие шумы, чтобы не упустить малейших подробностей партийного заговора.
Забелин с тремя вооруженными оперативниками застал их врасплох.
— Кого я вижу? Опять — любовная парочка! — гаркнул он, появившись из-за кустов.
Трифонов вздрогнул и обернулся, Сана перестала диктовать. Она была в открытом купальнике, босиком и растерянно прижимала магнитофон к животу, стесняясь назойливых мужских взглядов.
— Какими судьбами на этот раз, полковник? Горячим шоколадом в лесу не пахнет, — язвительно промолвил Забелин.
— У нас с собой термос, в машине.
— И магнитофон. Зачем? Музыки я что-то не слышал.
— Девушку интересуют голоса птиц. Она записывает их и изучает. А где больше всего диких птиц в окрестностях столицы? Конечно в Завидово. Тут кряква, чирки, тетерева.
— Да вы — ходячая энциклопедия. Можно послушать? — со скрытой иронией попросил Забелин.
Трифонов изобразил удивление, превратившееся в согласие: мол, что поделаешь. Он шагнул к раздетой девушке, Сана протянула ему аппарат, томно вытянулась под солнечными лучами, и мужские взгляды, как по команде, сконцентрировались на прелестях женского тела.
Трифонов принял магнитофон, споткнулся — и аппарат выпал из его рук. Он быстро присел, прикрыв магнитофон распахнутой ветровкой. Пока все переводили взгляды от нагнувшейся за одеждой девушки, Трифонов, сетуя на свою неловкость, встал и удрученно рассматривал магнитофон:
— Треснул. Даже не знаю будет ли работать.
— Дайте мне. — Забелин вырвал аппарат и нажал клавишу воспроизведения.
В первые секунды показалось, что кассета пуста, а потом тишину прорезало чириканье птиц и мелодичные трели.
Трифонов расслабился, уняв сердцебиение. Он убедился, что успел заменить кассету на ту что нужно и пошел в наступление:
— Вы распугали всех птиц, полковник. Слышите, как хорошо было здесь, пока вас не было. Потом кто-то начал стрелять, затем вы приперлись. Мы просто хотели наслаждаться природой.
Забелин с минуту слушал запись, выключил магнитофон и перешел на официальный тон.
— Это закрытая территория, товарищ Трифонов.
— У меня есть пропуск.
— Сегодня он не действителен.
— Министерство обороны имеет право…
— Не мне вам объяснять инструкцию об охране высших государственных чиновников.
— Ах, вот кто там палит по птичкам, — понимающе кивнул Трифонов.
— Покиньте охотничье хозяйство. Наслаждайтесь природой где-нибудь в другом месте. Или в другое время.
Трифонов пожал плечами, мол, что поделаешь. Он обнял Вокалистку, и парочка направилась к машине. Забелин смотрел им вслед и не верил, что можно полюбить девчонку с безобразным шрамом на лице. Еще он не верил в сомнительные совпадения.
Охрана Щелокова уже несколько раз зафиксировала странную парочку в непосредственной близости от министра. Сначала около здания министерства, затем у загородного дома, а теперь здесь в охотничьем хозяйстве. Если о Трифонове они собрали достаточно информации, то о девушке со шрамом известно лишь, что с недавних пор она числится внештатным сотрудником отдела паранормальных явлений. О работе отдела ходят разные слухи. Недавно травили байки про какой-то голый микрофон. К чему бы это?
Раз в неделю полковник Трифонов являлся в кабинет Андропова с отчетом. На этот раз председатель КГБ встретил его в хорошем настроении.
— Не зря я вас послал в Завидово, поймали горе-охотников за длинный язычок. А голос-то у твоей Вокалистки какой точный, сразу и не догадаешься, что это пересказ разговора, особенно если слушателя как следует накрутить. — Андропов сдержано улыбнулся, не разжимая губ. — Видел бы ты лицо Десятки, когда я включил при нем эту запись. Он чуть в штаны не наложил.
Ответная улыбка Трифонова была ярче и шире, не часто глава Конторы искренне хвалит подчиненных. Однако реакция начальника отдела Андропову не понравилась. Он свел брови, качнул рукой, разрешая полковнику сесть, и перешел на сухой деловой тон:
— Раздавить Десятку было не трудно, теперь он на моей стороне. Валет впечатлен моими возможностями, взял время на раздумья, чтобы сохранить лицо, но в итоге согласится, я уверен. А вот Короля нахрапом не возьмешь. Этот жук уж если ввязался в игру, то будет повышать ставки до предела. Ну да черт с ним! Король — аппаратная глыба, но не ключевое звено. Без силовой поддержки он превратится в скалу из песка.
Андропов на время задумался, словно убеждал себя в правоте своих слов или подыскивал другие варианты. Затем болезненно сморщился, мотнул головой и процедил сквозь зубы:
— Нет, со Щелоковым договориться невозможно. Его надо полностью дискредитировать.
— Мы продолжим наблюдение, — отозвался Трифонов, чтобы заполнить новую паузу.
Председатель КГБ поправил очки и косо взглянул на полковника:
— Про нашего исчезнувшего Шеймина он так и не проболтался?
— Мы не слышали, — ответил Трифонов.
