Рассказ к серии «Скованные одной цепью».
Трахаться в поезде было неудобно. Рон понял это после второй неудачной попытки усадить Жозефину на узкий подпрыгивающий столик. Кроме того даже самые дорогие купе не подразумевали двуспальных мест, так что и спать им пришлось целомудренно — друг напротив друга.
Зато Рон искренне радовался тому наивному изумлению, с которым Жозефина таращилась в окно, а атмосфера поезда располагала к долгим бессмысленным разговорам.
— Так кто такой Карлайл? — спросил Рон на второй день их путешествия.
Жозефина оторвала взгляд от окна и покосилась на него.
— Рон, ты опять взорвёшься.
Рон нахмурился.
— Я псих, но не настолько, чтобы ревновать к мертвецу.
Жозефина вздохнула и, отвернувшись от окна, сосредоточила взгляд на стене.
— Эдвард… Мы с ним и с МакГрегором учились вместе. Народу там было много и кроме нас, но мы общались в основном втроём. Карлайл вроде был нормальным парнем, правда, любил всякие шуточки, ну знаешь… Я никогда не принимала это всерьёз.
Баттлер тихонько фыркнул.
— Ну, а потом… Он становился настойчивее, и если подумать, это всё меньше походило на шуточки. Но я всё еще думала, что мы просто друзья, мне и в голову не приходило, что…
Жозефина замолчала, и Рон заметил, как побледнело её лицо.
— Прошу тебя, не заставляй меня, — сказала она тихо. — Меня уже столько раз заставляли это говорить, мне тошно…
— Тссс….
Рон пересел на другую полку и притянул Жозефину к себе, укладывая головой к себе на колени.
— Это не самое страшное, Рон. Не знаю, поймешь ли ты… страшно было потом, когда полиция спрашивала и спрашивала… и я не сразу поняла, что они спрашивают только за тем, чтобы доказать — я сама этого хотела. Я рассказала отцу и…
Жозефина замолкла и сглотнула.
— Это тогда началась болезнь, да?
Жозефина нервно кивнула.
— Да… Не совсем тогда. Он тоже пошёл в полицию, пытался доказать, но… Я потом поняла, что Карлайлы обеспечили Эдварду безопасность. А отец не смог. Он был потомственным дворянином, он ещё верил, что наш род что-то значит… Но оказалось, что никто не будет слушать тебя, если у тебя нет денег.
Баттлер осторожно убрал прядь волос с её лба.
— Всё кончено, — сказал он. — Больше никто не сможет прикоснуться к тебе безнаказанно. Никто вообще не сможет к тебе прикоснуться.
Жозефина рвано выдохнула, стараясь успокоиться.
— Но отца уже нет и…. хорошо… Потому что он не понял бы того, что я делаю. Того, что между нами.
— Не начинай, — пальцы Баттлера в её волосах сжались, и Жозефина кивнула. Уткнулась на секунду носом в живот Рона, а потом повернулась, заглядывая ему в глаза.
— Рон, поцелуй меня. Сделай меня своей. Чтобы никто… На самом деле никто…
Рон потянул её вверх и осторожно коснулся губами.
— Ты и так моя. Назад пути нет.
Они ещё какое-то время медленно целовались, не особенно вдумываясь в происходящее. Рука Рона лениво сползла Жозефине на живот и забралась под свитер, поглаживая нежное тело, но дальше заходить он не пытался.
А потом Жозефина отстранилась и снова устроилась у него на коленях, но уже спиной.
— Ну, а у тебя были друзья? Мне кое-что рассказывал Шелман, но совсем немного.
— Ну, это не совсем друзья. Танака был в моей команде ещё в войну. Он спец по разведке, но быстро осваивает новые сферы. Это нечто другое… я бы не стал пить с ним пиво в свободный вечер… вообще не уверен, что он что-то пьёт. Но он знает обо мне всё, а я уверен, что он не подведёт. Ну и еще — Клаус.
— Клаус?
— Ты его знаешь. Клаус Бёлер.
Жозефина напряглась и сжалась, превращаясь в напряжённый комок.
— И ты… Зная, что он… Ты в самом деле так считал тогда, Рон?
— Как? — Рон с недоумением посмотрел на неё.
— Ну… «твоя новая девочка».
Рон пожал плечами.
— Я тогда не знал тебя. Ты хотела, чтобы я назвал тебя будущей супругой?
— Нет… — выдохнула Жозефина и попыталась вывернуться из объятий.
— Жозефина! — Рон надавил ей на грудь, не давая встать. — Во-первых, я не вижу ничего страшного в том, что сказал.
— И в том, что…
— Во-вторых, Бёлеру лучше было сразу понять, что ты только моя. Ты не представляешь, как меня накрывает, когда я вижу тебя с кем-то.
— Я догадываюсь, — буркнула Жозефина мрачно.
— Нет, не догадываешься.
Жозефина в упор посмотрела на Баттлера.
— Думаешь, мне приятно видеть тебя с Дэзире?
Рон запнулся.
— Ты хочешь, чтобы я была только твоей, а я на что могу рассчитывать, а, Рон? На вечную должность «твоей девочки»? На то, что в отличие от пары других твоих любовниц ты будешь трахать меня не в отеле, а в «моей собственной» твоей квартире?
Рон занёс руку для пощёчины и тут же заметил в глазах Жозефины нездоровый блеск.
— Доведёшь, — процедил Баттлер.
— Давай, сделай это. Так ведь проще, чем что-то менять.
— А ты хочешь, чтобы я изменил свою жизнь? Уже?
— А ты хочешь, чтобы я просто принадлежала тебе до самого конца, не ожидая ничего взамен?
Рон опустил руку и покачал головой. Отвернулся и посмотрел за окно.
— Мне нужно время, — сказал он.
— Много ли времени нужно, чтобы принять решение?
