заскочила в ближайший подъезд и быстро избавилась от маскарада. На улицу
вышла изящная брюнетка в брючном костюме. Стоило ей только поднять руку, как
рядом затормозила машина. Ночное такси...
***
...Как будто какая-то сила открыла ей глаза и сорвала ее с места.
Люба сидела на кровати, вся дрожа. Время четыре утра. Но сна ни в одном
глазу. Тишина звенит в ушах. И страшное предчувствие бередит душу.
Ей только что приснился кошмар. Она видела Виталия, он был весь в крови.
Глаза белые, без зрачков. Но он смотрел на нее. На лице страдание.
Он махал рукой, звал ее к себе...
Если с ним что-то случилось, она этого не переживет!
Люба чувствовала, что сходит с ума от страха. Она схватилась за телефон,
набрала номер брата.
- Люба, ты? - Степан сразу узнал ее голос.
- Степа, у меня предчувствие...
- Говори...
- С Виталием беда...
- С чего ты взяла?
- Я же говорю, предчувствие...
- Любишь его?
- Очень... Но разговор сейчас не об этом. Его нужно спасать...
- Любишь ты его крепко, чувствую. Это хорошо...
- Степан, ты должен помочь...
- Уже помог... Я сейчас рядом с ним.
- Где?
- В Бутырке, где еще...
- А почему ты там?
- А у меня тоже предчувствие было. Поэтому и оказался здесь. Только чуть
не опоздал...
- Что с ним?
- Его пытались убить сокамерники. Еще бы немного, и все, придушили бы.
В общем, откачали его. Сейчас он в тюремной больнице, под надежной
охраной...
- Я могу к нему приехать?
- Не можешь. Сама понимаешь почему.
- Понимаю...
- Кто его хотел убить? Эта сука Алла?
- А это мы сейчас и хотим узнать...
- Степа, ты головой отвечаешь мне за Виталия...
- Ну вот, начальства мне мало...
- Пообещай мне, что с ним ничего не случится.
- Обещаю...
***
Начальник следственного изолятора и дежурная смена сработали оперативно.
Еще немного, и Болотова бы не удалось спасти. Но, к счастью, обошлось.
Марков сдержал свое слово - приехал в изолятор, не дожидаясь утра. И
начальник Бутырки тоже приехал. Его очень интересовало, почему хотели убить
подследственного. Виновников произошедшего взяли на месте преступления. И
теперь им не отвертеться. А то бы списали смерть сокамерника на несчастный
случай, и все.
Можно было дождаться утра и прибытия следователей. Но зачем тянуть, если
под рукой такие специалисты своего дела, как Степан Круча и Николай Марков.
Тем более они сами рвались в бой.
Поэтому Степан имел возможность побеседовать с неким Юрой Левым, бандитом
солнцевской группировки.
- Не, ну ты чо, мусор, в натуре, на меня уставился?
Юра чувствовал себя хозяином положения. Сразу видно, поклонник бандитской
романтики. Пуп земли. А потом, он не просто бандит, а из солнцевских. Типа,
самая крутая мафия. Может, и так, только Степану как-то все равно.
Молодой еще этот Юра, неотесанный. На настоящих ментов, видать, не
нарывался, некому было сбить его спесь.
- Да вот, нравишься ты мне, - криво усмехнулся Степан.
- А ты чо, в натуре, пидер? - захохотал Юра.
- Да нет. Мне просто платят за это...
- За что? За то что ты "голубой"? - Бандит развеселился еще больше.
Степан и бровью не повел.
- Да нет, я скорее "синий". Вернее, на "синих" работаю. Ты знаешь, кто
такие "синие"?
- Бухари, что ли? Алкаши, типа...
- Эх ты, Юра, в бандиты подался, а кто такие "синие", не знаешь.
"Синие", они же "татуированные", они же блатные. Сечешь?
- А, ну теперь въехал... Так ты чо, мусор, типа работаешь на них?
- Ага, типа. Красавчиков вроде тебя отбираю...
- Что-то я не срублю...
- А я тебе объясню. Бутырка, Юра, большая, мужиков в ней много. А баб,
Юра, нет... Зато есть такие, как ты, молодые, симпатичные...
- Э-э, ты чо, начальник, ухи поел, в натуре?
- Ухи ты, Юра, поешь. Я тебя сейчас на хату зачалю, где сплошь и рядом
татуированные... Тебя там, кстати, уже ждут...
Степан говорил это очень убедительно. А иначе чем объяснить, что Юра
сильно занервничал.
- Зачем? - сглотнул он слюну.
- Я же говорю, молоденький ты, задница еще, чай, свежая...
- Не, ну это беспредел, в натуре...
- Не знаю, не знаю. Мне за тебя сто "гринов" отвалят. Деньги ведь
хорошие, ты как думаешь?..
- Да ты чо, мусор голимый, за меня братки знаешь что тебе сделают! Они же
тебя, падлу, уроют!..
- Эх, Юра, Юра, говорила же тебе мама, не ходи в бандиты, понятия у них
не те...
- Тебе-то что до наших понятий?..
- А по понятиям, кто за пидера конченого мазу тянуть будет? Тебя, Юра,
отпетушат, и твоим же браткам в падлу будет даже думать о тебе... Из-за
какого-то "дырявого" на мента наезжать - это глупо, Юра, поверь мне...
Степан говорил мягким, даже задушевным голосом. И это действовало на Юру
как красная тряпка на быка.
- Заткнись, начальник! - Его взгляд помутнел, налился кровью.
- Юра, ты уже без двух минут "петух", а так разговариваешь, нехорошо...
- Мусор, падла! - заорал Юра и слетел с табуретки.
Он бросился на Степана, но нарвался на его железобетонный кулак. Удар в
солнечное сплетение, добавка в пах. Юра согнулся, сжался в комок и застонал
от боли и отчаяния.
В комнату влетели конвоиры. Но Степан спровадил их.
- Юра, пол холодный. На табурет сядь, прошу, - любезно пригласил он
бандита за стол. - А то задницу драгоценную застудишь...
