Надо же, умыла его. Опозорила.
Он подобрал с пола пистолет, сунул его под подушку. Собрал все свои вещи
в кейс. И лег. Закрыл глаза.
- Даже не спрошу, как вас зовут! - отомстил он соседке.
И повернулся спиной к стене.
- А я вам и так скажу. Меня Вероника зовут...
Рома промолчал. Пусть это будет новая порция мести.
Настроение хуже некуда. Соседка испортила. А потом, осадок в душе от
встречи с сержантом. И пистолет.
Плохо. Очень плохо. И от начальства влететь может. А еще в его случае
"макар" - плохая примета. Пистолет - это война. А он отдыхать едет домой.
Не воевать.
Впрочем, какая в Семиречье война? Разве что с комарьем...
- Вероника, а чего вы на верхней полке? - спросил Рома. - Вы женщина, вам
нижняя полагается... Давайте поменяемся?
Как ни обидно, соседка почти не реагировала на него. Вымпел у ее
изголовья по-прежнему маячил перед его мысленным взором. Уж очень хотелось
овладеть этим неприступным бастионом.
- А Вероника не женщина, - заявил худощавый Иннокентий.
Обычный серый тип - человек из толпы. И в Мише ничего примечательного.
Банальная посредственность, не более того.
Иннокентий и Миша - не просто соседи по купе. Они спутники Вероники.
Все трое - одна группа. Только Рому это как-то не волновало. Отношения
между ними и Вероникой дружеские и деловые. Никаких амуров и в помине.
Да и какие амуры могут быть? Вероника - это чудо природы. А Иннокентий и
Миша - дремучая серость.
А один из них еще и законченный придурок. Вероника не женщина...
Совсем сдурел дядя...
- А кто говорит, что она женщина? Вероника - девушка...
Ей уже за двадцать. Москвичка. Трудно поверить, что она девственна.
Рома и не верил.
- И не девушка, - усмехнулся Иннокентий. - Она альпинистка.
- И между прочим, мастер спорта, - гордо добавил Миша.
- Ну и что?
Рома чувствовал себя врачом в палате для душевнобольных.
- Альпинисты - существа бесполые, - сухо заметил Иннокентий.
- Бесполые?
Да, Рома прав. Этим друзьям можно ставить диагноз.
- Знаете, у меня есть один знакомый психиатр, - сказал он. - Занимайте
очередь...
Иннокентий и Миша неприязненно посмотрели на него. Но промолчали.
- Они не сумасшедшие, - в голосе Вероники звучало недовольство. - Они
кровельщики-монтажники. И я, кстати, тоже...
- Кровельщики... Монтажники....
- Иннокентий и Миша мастера, я за прораба. Устраивает?
- А мне-то что?.. Едете куда?
- В Семиречье...
- Да ну?..
Семиречье городок небольшой, тысяч на десять душ. До областного центра
две сотни километров. Трудно было поверить, что она не просто знает про
Семиречье, но и держит туда путь.
- Вот тебе и ну... Ты о Гаврииловской часовне слышал?
- Конечно...
О Гаврииловской часовне ходили легенды. Ее в прошлом веке воздвигли
местные казаки. Далеко в лес вынесли, верст за полета от города. В давние
времена ходили упорные слухи, будто в тех местах злые духи бесчинствуют.
Люди гибли почем зря. И непонятно было, кто их убивал: то ли гигантские
волки, то ли оборотни. И самое странное, когда построили часовню, нечистая
сила будто сгинула. Или просто волки-людоеды перекочевали в другие края.
Только после революции с часовни сняли колокол, сорвали позолоченный
купол - в общем, испоганили святое место. С тех пор стоит часовня
неприкаянная, пустая, молчаливая. Памятник или жертва коммунистического
сатанизма.
- Мы в Москве церкви, монастыри ремонтируем, - говорила Вероника. -
Купола золотом кроем, кресты устанавливаем, колокола вешаем. И все без
башенных кранов и вертолетов. Только альпинистское снаряжение. А сейчас вот
в Семиречье едем. Заказ оттуда поступил. Гаврииловской Часовней займемся...
- Значит, я могу прийти и посмотреть, как вы там работаете?..
- А вот этого я тебе делать не советую.
- Почему?
- Да молоточек может случайно с купола упасть...
- Случайно?
- Случайно...
- Язва!
- Приятно познакомиться...
Вероника сладко зевнула и повернулась на бок. Закрыла глаза. Разговор
окончен. И ее спутники тоже заняли места на своих полках.
- А я все равно приду, - сказал Рома.
Только его никто не слушал. И Вероника, и ее спутники уже спали.
Засыпали они в момент. Не нервы у людей, а стальные канаты.
***
Трое суток они уже в пути. Спина болит, все кости ломит. Такое ощущение,
будто бока распухли от долгого лежания. Рома мучился. А вот Мише и
Иннокентию хоть бы хны.
И Вероника тоже не страдает от ничегонеделанья. Остановка более пяти
минут, можно выходить из вагона. И она никогда не упускает такого случая.
Рада подышать свежим воздухом. С ней всегда сопровождение. Или Миша, или
Иннокентий. Рома заметил, что втроем из купе они не выходят. Вещей у них
много, боятся, что кто-нибудь их альпинистское снаряжение слямзит.
Сегодня с Вероникой вышел Иннокентий. Стоят, молчат. Рома наблюдал за
ними со стороны. Никак не хотят они его близко к себе подпускать.
Вероника купила мороженое. И тут же возле нее нарисовались два крепыша с
бандитскими физиономиями. Крутые, навороченные. У одного сотовый телефон в
чехле на поясе.
- Такая девчонка, в натуре, и одна, - прогундел первый.
- Я не одна, - Вероника показала взглядом на Иннокентия.
Рома усмехнулся. Нашла кем прикрываться. Его же соплей перешибешь.
