Подползли еще ближе, решили немного подождать, определиться с добычей. При свете ускользающей за горы луны, стало понятно, почему минеры используют керосиновые фонари – тень от горки, на которой сейчас прятался Кролик, заслоняла свет ночного светила. В ночной прицел Ерема рассмотрел – трое минеров одеты в форму правительственных войск, четвертый – в пуштунскую одежку. Враги негромко переговаривались, слышно было, как кетмени тихо стучат по камням.
Каждый избрал объект атаки: крайнего левого сорбоза брал на себя сержант Петрик, второго, ковырявшегося с кетменем, – Лось, за «цивильного» в пуштунских одеждах взялся похлопотать Ерема. По совету Зверобоя, живьем решили захватить самого тучного и рослого сорбоза, которого нарекли Магнатом. Сержантский опыт подсказывал, что высокие и физически сильные люди, как правило, намного быстрее «ломаются» в экстремальных условиях.
В Сашкиной голове возникли две здоровенные и абсолютно противоположные фигуры: капитан Аврамов и майор Волк… В целом, он согласился с предложением Зверобоя. Сигналом для атаки должен был стать бросок камешком поверх голов минеров. Бросить камень брался Зверобой. Магната хотел захватывать Ерема, сразу же после того, как управится со своим «цивильным». Однако Александр, которого сержант просил не лезть в рукопаху, решил, что не может быть статистом.
– Я подстрахую Ерему! – тихонько и упрямо заявил он. – Просто Яремчик может не успеть справиться с двумя.
– Бывало и хуже, – шепотом молвил снайпер, отстегивая от винтовки «ночник», пряча его под камни.
– Готовимся! – прошипел замполит.
То, как готовились бойцы к рукопахе, запечатлелось в его памяти. В этом проявилось все – темперамент, характер, особенности воспитания, спортивный и боевой опыт каждого. Зверобой положил рядом с собой автомат, чтобы не мешал, потом вытянул из ножен трофейный штык (и где они их умудряются прятать? – удивился Хантер), неспешно трижды перекрестился и стал разминать кисти рук.
Лось, отложив огнестрельное оружие, приготовил острую, как лезвие бритвы, малую саперную лопатку (сквозь рукоятку пропущен сыромятный ремешок, чтобы использовать как нунчаки), и положил голову на пыльную землю. Что он делал – слушал, как копают землю афганцы? Молился? Медитировал? Занимался аутотренингом? – Петренко не знал, он лишь наблюдал за солдатом, не мешая.
Гуцул Ерема вообще озадачил замполита – он примкнул штатный штык на снайперскую винтовку, перекинулся на спину, и шепотом начал читать «Отче наш» на украинском языке, уставясь в чужое нехристианское небо. Старший лейтенант Петренко, лежа, снял с себя «лифчик», вытянул из ножен длинное лезвие эсэсовского штыка, вспоминая Лома (как он там? выжил ли?), и… тоже перекрестился.
– С Богом! – зашипел он по-кошачьему. – Фас!
Четыре тени змеями поползли к душманам, быстро приблизившись на расстояние пяти метров, и притаились. И тут переменчивая военная судьба преподнесла сюрприз и внесла коррективы в тщательно продуманный план, подтвердив истину, что человек предполагает, а Бог – располагает…
Один из минеров захотел «до ветру», решив сойти с дороги, чтобы не демаскировать место минирования продуктами жизнедеятельности. На сержантское счастье, «духи» как большую, так и малую нужду справляют сидя (ежели б они ее справляли стоя, один из них обязательно увидел Зверобоя, лежавшего за камнем прямо перед ним).
В упор не видя сержанта, слившегося с местностью, «дух», сидя снял штаны, и снова-таки сидя, по женскому, начал «журчать» рядом с мастером захватов… Не выдержав, сержант набросился на афганца сзади, мгновенно перерезав горлянку. Сорбоз захрипел, засучил ногами по земле, но сержант крепко прижал жертву к грунтам четвертой категории… Глядя на Зверобоя, Лось без команды бросился на «не свою» жертву. Лопаткой он проломил череп неприятелю, однако тот успел подать сигнал тревоги.
– Шурави! Аларм!.. – дико проверещал сорбоз свою лебединую песню.
Ереме с Хантером оказалось тяжелее всех… Снайпер с винтовкой наперевес бросился в штыки к пуштуну, долбящему неподатливую родную землю длинным кетменем. Увидев набегающего на него Ерему, басмач довольно ловко и упорно увертывался от штыковых выпадов Еремы, прытко избегая уколов.
Магнат, рассмотрев в темноте такую катавасию, схватился за автомат, лежавший близ него, и щелкнул затвором, досылая патрон. Он уже поднял оружие, наводя на Ерему, и тут Александр вихрем налетел сбоку, ударом ноги выбив оружие из рук.
Автомат упал, великан с ревом повернулся к небольшому (по сравнению с ним) Хантеру. Александр, помня, что Магната следует брать живьем, бросил штык на землю и сымитировал двумя руками выпад к вражескому горлу.
