– А что делать? Видела малая много. Это куницы добренькие, а функи приедут – нормально спросят. Девке теперь либо с нами, либо на дыбу.
– А бабке?
– Бабка умная, выкрутится…
– Лад…
Не договорив, младший скользнул к лазу в замок. Всё повторилось, как в прошлый раз: сопение, ручка, вторая, копна волос, упор в пол, верчение головой, улыбка… Только визжать девчонка не стала, а, уверенно прошагав к столу, водрузила на него приличного размера мешок.
– Легка на помине, – фыркнул Коготь. – А это что?
– Ваша доля, – Сабина гордо вздернула голову. – В общак!
– Чего?! – братья с изумлением уставились на девочку.
Сабина вздохнула, напустила на лицо выражение показного терпения и разъяснила:
– Я развела дураков на конфеты. Сто штук. Это ваша доля!
– И сколько здесь? – поинтересовался старший.
Девочка пожала плечами:
– Я только до двадцати считать умею!
– А откуда знаешь, сколько было?
Сабина удивленно вытаращилась на Когтя:
– Сам же учил: сто – это пять раз по двадцать!
– Талант! – рассмеялся Медвежонок.
– А ты возьмешь меня с собой, да? – Сабина отпустила мешок со сладостями и затараторила, цепляясь за Когтя. – В эту, как ее, Хортицу, да?! А ножом драться научишь, да?! А кричать как птички, да?
– Научу, научу… – вздохнул Коготь.
Смех младшего перешел в хохот:
– Куда ж ты денешься! Теперь это шило в твоей заднице!
– Классное погоняло! – осклабился Коготь, обращаясь к девчушке. – Отныне будешь Шилом!
– Зачем? – не поняла та.
– Надо же тебя как-то звать.
– Меня Сабиной зовут, – девочка уставилась парню в глаза. – Мне нравится!
– Сабину сейчас будет вся функовская армия искать, – пожал плечами Коготь. – А про Шило никто не знает. Поняла?
– Ага, – радостно кивнула та. – А Вилли теперь вилка? Или ложка?
– Кукушонок я, – мальчик постарался сказать это солидно. – И я вильдвер!
Девочка, не обратив на него ни малейшего внимания, схватила кувшин Когтя:
– А что ты пьешь? Ой, гадость какая!
– Это моя гадость! – старший отобрал кувшин. – Пиво это!
– И как только мужики эту дрянь пьют?! – удивилась Сабина.
– Молча, – не стал оригинальничать Медвежонок. – Конкретно мой брат – с сахаром!
– Только сахара мало, – вздохнул старший.
– А ты конфетку возьми, – девочка вытащила из мешка большой леденец и протянула Когтю. – Она сладенькая, закусишь…
– А что, идея, – обрадовался старший. – Их вроде из сахара делают…
– Эти – из мёда, – вновь засмеялся Медвежонок. – Но попробуй, может, и поможет. Попытка – не пытка!
– Всё это занятие – сплошная пытка, – пробурчал Коготь, перемалывая зубами леденец и запивая ненавистной жидкостью. – Глянь, помогает хоть?
– Что глянуть? – Сабина опередила Медвежонка.
– Цвета я какого?
– Ну это… – девочка задумалась. – Между пунцовым и лиловым. В темно-зеленую полосочку! Ой, а ты светлеешь!
Коготь смачно выругался, разгрыз сразу две конфеты и надолго приложился к кувшину:
– А теперь?
– Теперь светло-зелёный. А полосочки красно-коричневые!
– Какой? – вытаращился Коготь.
– Ты пей давай, – ухмыльнулся Медвежонок и тоже засунул в рот конфету. – И поменьше Шило слушай. К концу кувшина нормальным станешь.
– А мне можно? – тихо спросил Вилли.
Старший молча подвинул к мальчику кувшин.
– Не, мне конфетку…
Коготь досадливо сплюнул на пол:
– Конечно, нет! Что глупые вопросы задаешь? Бери и жуй! __________________ * Колбаска – мешочек с песком. Неприятная вещь, если с размаху стукнуть по темечку.
С каждым днем Драган всё сильнее жалел, что судьба привела его в Кохфельде. Оно, конечно, прижали ватагу сильно, и спрятаться под крылышком Светочей было не худшей идеей. Но последние дни бывший атаман явственно ощущал приближение неприятностей. Неизвестно откуда появившиеся Звери, убийства кого-то из самой верхушки, облавы на детей, непонятная драка на окраине лагеря… И ничего конкретного, всё на уровне ползущих слухов. Чего ждать завтра?
– Поздрав*, дядечьки! – полудетский голосок оторвал десятника от размышлений. Точнее, от разглядывания кончика собственного ножа. – А я как раз вас тражу*…
Драган поднял голову:
– А… Рабро… Мастер ножа и зубочистки, здоровья тебе в селезёнку! И зачем ищешь?
– Так я ж вам денежку задолжал, – парнишка уселся на кошму между атаманом и Иржи. – Вернуть надобно…
– Какую денежку? – заинтересовался Драган. – И за что?
Белобрысый перекинул негромко звякнувший кошель:
– Двадцать беленьких. За шкета, что у стога сбондили.
– Тот, значится, парнишка был, – довольно усмехнулся Квитко.
– Тот, да не тот, – пальцы Рабро сложились в знак ночных. – Функи и за того половины бы не дали. У нас сазан* пощедрее будет.
– Нейдорфский, значит, – Драган даже не удивился преображению мальчишки. – А погоняло твоё как?
– Как и говорил: Панджо. А по-вентски Коготь будет.
– Будем знакомы, – кивнул атаман. – Говори, зачем пришел. Только не надо за лавы заливать, не с фраерами базаришь.
Коготь кивнул:
– Верно. Шлёпают*, вчера на хаче* большого функа на перо поставили, – парнишка дождался согласного кивка. – А еще базарят, что перо то кроатским было.
– Кто базарит? – подобрался Вук.
– Да так, пернатые щебечут*…
– Варганка*, - скривился Драган.
