Однако все это было не только официальным открытием совета. Череду торжественных появлений представителей союзных государств завершала Церемония Посвящения, во время коей в Альянс путем голосования могли принять нового члена. Если большинство голосовало «за», представителям нового союзника имело смыл немедля занять места в общем кругу и принять участие в последующей дискуссии. Ждать, пока совет подойдет к концу, было бы просто нелепо. Ну, а если ходатаям будет отказано… им также имело смысл как можно скорей удалиться, дабы избежать лишнего позора.
Со стороны дарнасские неурядицы были совершенно незаметны. Однако ушей правителей достигли вести, что в ходе расследования с братом Майев что-то произошло, но что – это пока оставалось неясным. Малфурион с Тирандой знали одно: полученные раны приковали Джерода к постели. Верховная жрица отправила к нему целительниц, и опасаться постоянного увечья, очевидно, не стоило, но тем не менее обоим правителям очень хотелось побеседовать с братом Майев, как только позволят дела.
Верховный маг Мордент также обещал, что Высокорожденные во время совета будут молчать о расследовании, хотя без возражений со стороны Вар’дина тут не обошлось. Однако активной роли в совете заклинатели не играли: их положение было внутренним делом ночных эльфов, а Альянса в целом не касалось никак.
Как только все, кроме тех, кому предстоял торжественный выход, уселись по местам, Тиранда подала знак трубачам.
Взревели рога, и шествие членов Альянса началось.
Дабы обойтись без ссор, очередность определяли по жребию. Так, волею случая, и получилось, что первыми в круг вошли гномы с Гелбином Меггакрутом верхом на механодолгоноге. За ними следовали представители Терамора, и так далее.
Каждая делегация стремилась щегольнуть лучшими из достижений, показать всем свою доблесть. Рядом с гномами двигались дивные, не на шутку пугающие механизмы. Процессия дворфов явила миру чудеса владения боевыми молотами, выказав проворство и ловкость, каких в столь приземистых, неловких с виду созданиях и не заподозришь.
Всякий раз, как одна из фракций ступала в круг, музыканты играли гимн ее страны. На первой же ноте ночные эльфы, выражая почтение гостям, поднялись и оставались на ногах все время, пока одна делегация сменяла другую.
Вокруг места сбора гордо реяли в воздухе флаги каждой из делегаций, хотя присутствующие не чувствовали ни малейшего дуновения. О ветре, сосредоточенном только на флагах, позаботился сам верховный друид.
Каждая группа останавливалась против верховной жрицы с верховным друидом. Здесь оба ночных эльфа приветствовали правителя или главного из его представителей кивком. То был еще один способ выразить всем прибывшим благодарность и, стоило надеяться, привести гостей в доброе расположение духа перед предстоящими дискуссиями.
Штормградцы шли одними из последних, но их появление оказалось одним из самых впечатляющих. Вариан вел за собой великолепный отряд отборных солдат и сам был облачен в броню, сверкавшую, точно солнце – настолько ее отполировали. Кирасу его украшал герб в виде головы льва. На боку, в ножнах, покоился его легендарный меч. Рядом с ним шествовал Андуин в синем с золотом костюме – одеянии не для войн, но для королевского двора.
Остановившись перед Малфурионом с Тирандой, Вариан отвесил им глубокий и низкий поклон. Этакая театральная пышность вовсе не соответствовала его обычной невозмутимой манере, но прежде, чем Малфурион либо верховная жрица сумели догадаться, что бы она могла означать, король Штормграда двинулся дальше.
Наконец последние члены Альянса заняли место в кругу. Оглядевшись, Тиранда увидела, что все ожидают продолжения, обменялась с верховным друидом полным надежды взглядом и поднялась.
– Сестры и братья по Альянсу! Друзья и соратники! Ставлю на голосование вопрос о начале совета!
В ответ на ее просьбу представители союзных государств начали голосовать – в том же порядке, в каком появились. Жест этот был лишь формальностью, и разногласий вопрос не вызвал.
– Друзья мои, – продолжала Тиранда, – мы с верховным друидом рады приветствовать вас! То, что все вы сочли возможным собраться здесь, на совет, подлинный знак надежды в эти нелегкие времена.
Некоторые из эмиссаров и их свиты согласно зароптали.
– Немало серьезных вопросов нам предстоит обсудить, – продолжала верховная жрица. – Многие из вас сильно пострадали после того, как безумие Смертокрыла раскололо Азерот на части, и справедливо тревожатся: не потребует ли Альянс от их народов большего прежде, чем исцелятся их земли? Обещать, что этого не случится, я не могу.
Теперь многие насторожились. Однако все так глубоко уважали Тиранду и ее мужа, что ни один не счел уместным выражать озабоченность этим вопросом вслух… до поры.
Тут ладони Тиранды коснулась рука Малфуриона. Верховная жрица взглянула в сторону входа. Там не было никого, однако верховный друид явно заметил некий сигнал.
