- Бертан Столли, монсеньор, - с готовностью подсказал тот.
- Рад нашему знакомству, мессер Столли. Мое имя - Крикс дан-Энрикс.
- Да, мой принц. Я знаю.
- Согласитесь ли вы оказать мне честь и посвятить меня в рыцари, мессер?
Глаза Столли изумленно округлились, отчего он начал выглядеть еще моложе.
- Почему вы просите об этом именно меня?!
- Я дал обет, что попрошу о Посвящении первого рыцаря, который спустится во двор, - ответил Крикс, почти не покривив душой. - Если, конечно, вы считаете, что я достоин этой чести.
- Что такое вы говорите, монсеньор! - растерянно наморщив лоб, ответил Столли. - Уж скорее, я не думаю, что
"А он не так уж плох" - подумал энониец одобрительно, когда посерьезневший Столли вытащил из ножен меч.
- Преклоните колена, принц, - достаточно уверенно распорядился он.
Крикс опустился на одно колено.
- Рыцарь клянется в храбрости. Он выбирает путь преодоления собственных слабостей и страхов, - медленно и торжественно начал Бертан Столли. Меченый закрыл глаза, мысленно повторяя за Бертаном слова древней клятвы - Рыцарь служит милосердию. Его душа открыта состраданию, для него нет чужих людей и чужих бед...
Знакомые слова накладывались на воспоминания о том, как Крикс десятки раз повторял эту клятву, вслух и про себя - на Братских скалах на восходе солнца и посреди заснеженного леса под Тронхеймом, над могилой Астера и перед памятником Энриксу из Леда на имперской площади.
"Рыцарь защищает беззащитных... его сила существует для того, чтобы оберегать чужую слабость. Рыцарь посвящен своему долгу... он не думает о выгоде и риске и слушает только голос своей совести..."
Давным-давно, когда дан-Энрикс рисовал в своем воображении день собственного Посвящения, он думал, что, когда это случится, он почувствует какую-то решающую перемену, разом совершившуюся в мире и в его душе. Но когда меч Столли опустился ему на плечо, и Крикс поднялся на ноги, он чувствовал себя так, как будто он был рыцарем все эти годы.
Таннер изумленно наблюдал за церемонией, застыв в дверях конюшни. Меченый кивнул ему, вставая на ноги.
Таннер сидел, как на иголках. Обсуждение ущерба, который войска Дарнторна нанесли Лейверку, подошло к концу, и Таннер знал, что следующим будет он. Тайвасс не волновался так даже перед решающим сражением с восками Рисвелла и Лэнгдема. Там его, конечно, могли покалечить или вообще убить, но он, по крайней мере, оставался частью своего отряда, и ответственность за исход схватки не зависела от него одного.
Сэр Ирем выжидающе посмотрел на Тайвасса, не понимая, почему тот медлит.
Таннер облизнул сухие губы и поднялся на ноги. Готовясь к своей речи, он раз десять прочитал инструкции Лейды Гефэйр и большую часть прочитанного помнил наизусть. Имперцы одобрительно кивали головами. Требование о компенсации за разоренные деревни в дельте Шельды - приняли без разговоров, кажется, даже не очень-то прислушиваясь к его доводам. Таннер, успевший настроиться на бурное сопротивление со стороны Бонаветури, несколько приободрился. Кажется, Бонаветури так и не пришел в себя после того, как Крикс поднялся на ноги и объявил, что представители семи Домов принесли императору вассальную присягу, а Меченый эту присягу принял - и теперь, на правах родственника и наследника Валларикса, хочет внести пару поправок в уже утвержденный мирный договор.
Судя по выражению лица, с которым магнус смотрел на дан-Энрикса, он с удовольствием бы придушил Меченого собственноручно. Неудивительно, что он никак не мог сосредоточиться на том, что говорилось в зале. Так, по крайней мере, продолжалось до того момента, когда Таннер перешел к итоговому пункту из письма Лейды Гефэйр.
- Ну и последнее... Мы требуем от Бейн-Арилля возмещения ущерба, нанесенного Гверру магом, находившимся на службе Сервелльда Дарнторна. У нас есть основания считать, что вспышка "черной рвоты", случившаяся в прошлом году - его вина. Леди Гефэйр утверждает, что это было сделано, чтобы заставить гверрцев поддержать Бейн-Арилль в войне против Легелиона.
Для Бонаветури, с трудом сдерживающего свою ярость весь последний час, эти слова стали последней каплей.
- Это неслыханно!.. - взорвался он. - Вы что, пытаетесь сказать, что мы должны нести ответственность за то, что в Гверре началась "черная рвота"?! Как можно о чем-либо договариваться с людьми, которые способны выдвигать подобные ни с чем не сообразные претензии?..
Крикс вскинул руку, призывая к тишине.
- Давайте не будем кричать и оскорблять друг друга, - веско сказал он. - Скажите, мессер Тайвасс, почему леди Гефэйр думает, что Дарнторн был причастен к эпидемии?..
- Леди Гефэйр поняла это со слов Ульфина Хоббарда. Он прибыл в Глен-Гевер в качестве посла и заявил, что эпидемия закончится, если мы согласимся оказать военную поддержку Сервелльду Дарнторну. Кроме того, Хоббард и его спутники совершенно не боялись заразиться "черной рвотой". Они выбрали самый короткий путь до Глен-Гевера, даже не стараясь объезжать места, где началась болезнь.
