Проснулся он оттого, что в комнату ввалился Крикс. "Вернулся!" - радостно подумал Лэр. Это было почему-то важно, но почему - Юлиан вспомнить так и не сумел. По темноте за маленьким окном Лэр определил, что он проспал около шести часов. Не так уж мало, но для человека, не слезавшего с лошади больше суток, явно недостаточно. В голове не осталось ни единой связной мысли. Лэр с трудом продрал глаза, сел на скрипучем лежаке и стал яростно тереть лицо руками, чтобы побыстрей проснуться. Подбородок покрывала пятидневная щетина, а через лицо, как настоящий шрам, тянулся рубец от шва на грубой наволочке. Отняв ладони от лица, Юлиан снова посмотрел на Крикса - и невольно вздрогнул. Побратим выглядел ужасно. Мертвый взгляд, застывшая ухмылка и насквозь промокшая одежда. В довершение всего, пальцы южанина были разбиты в кровь, а костяшки кулаков чудовищно распухли. Поймав взгляд Юлиана, Крикс поморщился и сел, бережно держа окровавленные руки на весу.
- Сколько их было?.. - хрипло спросил Юлиан.
Меченый коротко и резко рассмеялся.
- Я ни с кем не дрался, Лэр.
Лэр вопросительно смотрел на Крикса, ожидая объяснений, но тот, видимо, считал вопрос исчерпанным.
В дверях остановился Нойе Альбатрос. Несколько секунд он переводил взгляд с "дан-Энрикса" на Лэра, будто бы подыскивал какие-нибудь подходящие слова, и, наконец, сказал:
- Дайни, Лэн... мне очень жаль.
От этих слов Лэр тут же вспомнил про Элиссив с Марком, и сердце сжалось от внезапно-острой боли.
- Теперь они всегда будут вместе, - сказал Юлиан. И сам почувствовал, что говорит с таким нажимом, словно ему нужно было переспорить Нойе.
Альбатрос только вздохнул.
- Надеюсь. Дайни, тебя требует лорд Родерик.
Лэр с раздражением взглянул на командира.
- Что, прямо сейчас? Рик третьи сутки на ногах.
Нойе развел руками, словно извиняясь, хотя было совершенно очевидно, что его вины тут нет. Лэр вопросительно взглянул на Крикса.
- Ты пойдешь?..
- Само собой. Если
Тон энонийца Юлиану совершенно не понравился.
- Держи себя в руках, - предостерег он Крикса. Тот пожал плечами и, подвинув Альбатроса, вышел в коридор. Оставшись вдвоем, Юлиан с Нойе выразительно переглянулись.
- Что у него с руками, ты не знаешь? - без особенной надежды спросил Юлиан.
- Нет. Но думаю, что этот вызов к Родерику - не к добру. Если бы он хотел узнать подробности вашей поездки, вызвали бы вас обоих. Но про тебя стюард мессера Родерика слова не сказал. Я думаю, что здесь одно из двух - либо Крикса снова собираются отправить к Хеггу на рога, либо он что-то натворил, пока бродил по лагерю. Я лично ставлю на второе.
Юлиан мрачно кивнул.
- Чего от меня хотят?.. - спросил "дан-Энрикс" у своего провожатого, в котором опознал одного из стюардов лорда Родерика. Тот искоса посмотрел на Меченого, будто бы раздумывая, стоит ли говорить правду.
- Там какой-то парень уверяет, будто ты его ограбил, - буркнул он, в конце концов. И выжидающе умолк, как будто ожидал, что энониец станет отпираться.
Если это и в самом деле было так, его постигло разочарование.
- Понятно, - лаконично отозвался Меченый, прищурившись. А он-то был уверен, что мальчишка все-таки удержится от искушения пожаловаться на "обидчика".
Тогда, утром, энониец шел, куда глаза глядят, поскольку оставаться на одном месте было слишком мучительно. Хотелось устать до полного изнеможения, а еще лучше - затеять с кем-нибудь ссору. Но в этот день даже гвардейцы сэра Лориана отводили взгляд, едва завидев Крикса. Вероятно, их смущало выражение его лица. Неизвестно, чем бы кончились его блуждания по лагерю, если бы под конец "дан-Энрикс" не зашел в "Алмазную подкову", а там не наткнулся бы на Лакетта с его дружками.
С Лакеттом по прозвищу Девятка Крикс встречался только один раз - когда Гилберт повел его играть в пинтар. Тойн был страстным игроком, притом довольно невезучим, и в тот вечер просадил остаток жалования. А когда ему стало нечего ставить на кон, начал подбивать своего спутника сыграть - пусть даже на какую-нибудь мелочь. Тойну так хотелось поучаствовать в партии хотя бы в качестве советчика, что под конец Крикс сдался и решил поставить пару ассов. Но тот человек, с которым играл Гилберт, уже собирался уходить, и на его место, лучезарно улыбаясь, сел высокий ясноглазый человек.
- Сыграем?.. - дружелюбно спросил он у энонийца.
Гилберт наклонился к его уху и, дыша на Крикса винными парами, зашептал:
- Не вздумай соглашаться, это Лакетт. Он отменный шулер.
- Хорошо, сыграем, - наперекор Гилу согласился Крикс. Ниру рассказывал ему о случаях, когда городской страже приходилось заниматься шулерами, так что Крикс примерно представлял, чего следует ожидать.
Первую партию южанин выиграл - Лакетт давал рыбе хорошенько заглотить наживку. Шулер огорчился, но не сильно. Впрочем, ставки были не особо высоки.
