Развернув коня навстречу догоняющим его «кромешникам», южанин выхватил из ножен меч. Собственные движения казались ему такими неуклюжими и медленными, словно ночной воздух сделался тягучим, как кисель… или все дело было в поражающей воображение быстроте, с которой двигались Безликие? Крикс понял, что он просто не успеет отразить удар, но в тот момент, когда копье «кромешника» должно было пронзить южанина насквозь, Фэйро поднялся на дыбы, и не ожидавший ничего подобного «дан-Энрикс» соскользнул на землю. И услышал над головой тонкое, пронзительное ржание, больше похожее на визг.
Перекатившись по земле, разведчик вскочил на ноги. Снег несколько смягчил падение, но в голове после удара не осталось ни единой связной мысли. Словно в полусне, он видел, как Безликий развернул коня, направив его прямо на него. Сзади и сбоку был овраг, и можно было попытаться спастись там. Или, если ему не повезет, переломать все кости и несколько часов пролежать на холодной земле, пока Безликие не смогут его отыскать… все это было, в сущности, не важно. В ушах у «дан-Энрикса» по-прежнему стоял жалобный, почти человеческий крик Фэйро. И южанин точно знал, что никуда не побежит.
Крикс поудобнее перехватил свой меч, не сводя взгляда с приближавшегося всадника. Из глубин памяти всплыло полузабытое воспоминание.
— El-Глава Vi-en eeell! — закричал энониец во всю силу легких.
Безликий дрогнул, и граненое жало копья, мгновение назад нацеленное ему в грудь, скользнуло по наплечнику южанина. Рука мгновенно онемела, но «дан-Энрикс» все же ухитрился нанести удар, перерубив дубовое древко. А потом полоснул Безликого мечом. Безликий упал на землю уже за его спиной, а энониец развернулся в сторону второго.
— Я иду! — выкрикнул Юлиан, внезапно налетая на Безликого из темноты.
Он ударил «кромешника» копьем, и Рикс еще успел задуматься — откуда оно вообще взялось, ведь у каларийца не было никакого оружия, кроме меча… А потом побратим внезапно оказался рядом с ним, и энониец понял, что схватка закончилась.
— Где третий? — глупо спросил он.
Лэр молча ткнул большим пальцем в сторону темнеющего у них за спиной оврага.
— Значит, ты столкнул Безликого в овраг, забрал его копье и бросился мне помогать?… — Крикс смотрел на стоявшего с ним рядом Юлиана так, как будто в первый раз его увидел.
Это же немыслимо… Победить в схватке одного Безликого — это подвиг, о котором помнят поколения спустя. Но убить двух за одну ночь?
— По крайней мере, теперь я не стану сомневаться в том, что эти твари в самом деле существуют, — отозвался Юлиан несколько скованно. Похоже, потрясенный вид «дан-Энрикса» смущал его сильнее, чем он готов был признать, и калариец постарался обратить все в шутку.
— Ты что, совсем их не боялся? — с болезненным любопытством спросил Крикс. Лэр криво ухмыльнулся.
— У меня не было времени. Я думал, что они тебя убьют.
Крикс только покачал головой. Он до сих пор не мог прийти в себя от изумления. Он открыл рот, намереваясь поблагодарить Лэра за помощь, но в эту минуту его словно бы толкнули в спину.
— Фэйро!.. — выкрикнул «дан-Энрикс».
После их безумной скачки через лес прошло не больше трех часов, а все произошедшее уже казалось Юлиану не вполне реальным, как воспоминание о давнем страшном сне. Они сидели возле маленького костерка, разложенного — ради безопасности — на самом дне оврага. Крикс без выражения смотрел в огонь, а Юлиан с растущим беспокойством поглядывал на своего товарища.
— Что ты кричал? — спросил он наугад, надеясь вывести южанина из его странного оцепения. — Мне показалось, это было Древнее наречие… или тарнийский.
— Разве я кричал? — переспросил Крикс, и потер лоб, как человек, который без особого успеха силится собраться с мыслями.
— Ну да. Ты что, не помнишь? Что-то странное… кончается на «нэль». Мне показалось, что Безликих это напугало.
— А, — вспомнил Крикс. И безразлично пояснил — «ElГлава Vien ell». Это было в каком-то сочинении о Тайной магии.
Лэр озадаченно нахмурился.
— Но ты не Одаренный. Если это заклинание, то оно не должно было подействовать.
— Это не заклинание. В той книге было сказано, что это что-то вроде боевого клича Альдов.
Калариец хлопнул себя по колену.
— Ловко! Если бы не это, то твой черный бы не промахнулся.
— Да, наверное… а теперь извини, я пойду посмотрю, как Фэйро.
Юлиан отвел глаза. «Дан-Энрикс» накрыл коня попоной, а поверх нее — своим плащом, но Фэйро все равно оставался холодным. Изредка по телу черного коня пробегала дрожь, но в остальное время могло показаться, что он уже мертв. Глаза закатились, так что стало видно синеватые белки. Прошло уже несколько часов, но никаких изменений не происходило. Юлиан не сомневался в том, что Рикс не хуже его самого понимает, что это значит.
— Рик… их оружие отравлено. А может, не отравлено, а заколдовано. Ты сам видишь, что творится с Фэйро. Эта рана не затянется.
— И что ты предлагаешь? — со злостью спросил Крикс.
— Не мучай его. Отпусти.
Глаза «дан-Энрикса» казались мертвыми.
— К чему жонглировать красивыми словами, Лэр?.. Ты ведь хотел сказать — «добей»? Ну, так и говори.
