На следующий день в дом потянулись гости. Элимы, узнав, что в общине появилась новенькая, спешили познакомиться. Незнакомые мужчины и женщины, все одинаково приветливые, с вежливыми, слегка робкими улыбками на лицах, предупредительно стучали в дверь и, не дожидаясь приглашения, входили, неся в руках какой-нибудь гостинец. В основном еду, одежду или предметы обихода. В итоге стол украсился новой кружевной скатертью, на полу появились тканые ковры, а в посуде прибавилось несколько красивых ваз и подносов. Пес, отнесшийся к гостям на удивление спокойно, даже равнодушно, обзавелся мягким половиком, заботливо расстеленным у очага, а съестными гостинцами, которые нанесли щедрые гости, пришлось уставить не только стол, но и оба подоконника. Чего там только не было: ароматные пироги, пышные караваи, домашняя наливка из брусники, калины и смородины, банки с соленьями, кувшины с пахучим маслом, вяленые окорока, жбаны с медом разных сортов и многое другое.
Из рассказов многочисленных гостей Ролана смогла узнать, что элимы живут в основном поодиночке, редко семьями, за каждым закреплен собственный дом с небольшим участком. При этом общими силами возделываются поля, есть пасека, налажено ткацкое, башмачное и оружейное производство, имеется свой трактир и даже пивоварня с винодельней. В последней любил проводить время ее отец.
Строгой системы правления в общине нет, но по всеобщему согласию и выбору старшим в долине уже несколько десятилетий считают Теннира. Он мудр, спокоен, силен, и большинство элимов помнят его своим наставником еще в те времена, когда был жив прежний олд-мессэ Риан – ворон. Вторая ипостась Теннира – росомаха.
Подобное паломничество гостей продолжалось три дня кряду и лишь сегодня благополучно схлынуло.
Мысли Роланы прервал скрип открывающейся двери.
– Ты готова? – На пороге показался Илмар. Оглядев Ролану, удовлетворенно кивнул и, повернув обратно, попросил: – Оружие сними, я подожду.
Девушка растерянно посмотрела ему вслед, но ослушаться не решилась и поднялась наверх. Сложив меч и аньято в спальне на подставку, которую днем ранее перетащила из комнаты напротив, бегом спустилась вниз, перепрыгивая от нетерпения сразу через две ступеньки.
– Теннир не враг тебе, чтобы являться к нему с оружием, – пояснил Илмар, заметив ее недоуменный взгляд. – К тому же таким образом ты покажешь, что не доверяешь ему. Вряд ли это пойдет тебе на пользу.
– Боюсь, откажет! – выдохнула Ролана, чувствуя, как при каждом шаге все сильней дрожат колени.
– В любом случае ты будешь это твердо знать, а не бояться.
Они прошли несколько улиц, похожих друг на друга, словно близнецы: одинаковые домики, одинаковые дороги, усыпанные мелким щебнем. Единственное отличие – пестрые клумбы вдоль дорог, одна ярче другой, различимые даже в сумерках.
– Пришли. – Охотник остановился перед очередным домом, пропуская Ролану вперед по узкой тропинке. – Готовь свое красноречие!
Олд-мессэ сидел на ступенях крыльца, держа в пальцах короткую толстую палочку, светившуюся на конце красноватым огоньком, и задумчиво смотрел куда-то в сторону. Принюхавшись, Ролана уловила знакомый запах табака. Настоятельница тоже любила курить и, поскольку сигары были дорогим удовольствием, ни с кем своими припасами не делилась, зато часами могла рассуждать о видах табака, расписывая отличия и вкусовые качества. Неизвестно, что думали остальные, но лично Ролана не понимала столь сильной привязанности, считая, что горький дым, исторгаемый сигарами, никак не может быть приятным. И неважно, какой табак содержится внутри: паванский, бирийский или альванский.
Заметив гостей, мессэ поднялся, затушил сигару, убрал ее в специальную коробочку и пошел навстречу. Обменявшись с Илмаром рукопожатием, сосредоточил свой взгляд на Ролане.
– Дочка Кэрридэна? Как устроилась? Тебя хорошо приняли в долине?
– Все отлично, мессэ, – кивнула Ролана. – Мне здесь очень нравится! Только я пришла к вам с просьбой.
– Обсудим? – приглашающе кивнул Теннир в сторону дома.
В доме было тепло и тихо. Усадив гостей за стол, мессэ вытащил запыленную бутылку вина, несколько чарок, поставил перед Роланой вазу с фруктами. Разлил вино и, опустившись на стул во главе стола, уставился на ледану внимательным взглядом.
– Я готов выслушать твою просьбу, девочка. Но сначала позволь узнать, как обстоят дела у твоего отца. Почему он забыл нас и не пришел вместе с тобой?
– …Похоже, моего отца нет в живых, – после короткой паузы ответила Ролана. – Я не знаю точно, потому что никогда его не видела, но, судя по всему, это так. Все, что у меня осталось от него – это медальон.
– Какие же обстоятельства разлучили вас? – нахмурился Теннир.
Ролана вздохнула, словно перед прыжком в воду, сцепила руки в замок и решительно заговорила, не отрывая напряженного взгляда от поверхности стола:
