— Страховка есть. Но ее не хватает в нашем случае.
— Извините, Стивен, о каком конкретно случае вы говорите?
— У Кэролайн лейкемия в тяжелой форме. Требуется операция.
— Ну и в чем же дело?
— Дело в том, что предельная сумма, охватываемая страховкой, составляет тридцать тысяч долларов, а операция стоит в два раза дороже. У нас нет этих денег. А еще после операции требуются реабилитация и дальнейшее лечение.
— Понятно… — протянул Джордж, не зная, что еще можно сказать в подобной ситуации.
Оба опять замолчали. Что действительно можно добавить или разъяснить?
Наступившую тишину за столом первым нарушил Стивен:
— Давайте не будем о грустном! Мне нужно не говорить, а что-то делать.
В данном случае его действия вылились в то, что он быстро взял в руки бутылку виски, опередив подбежавшую официантку, разлил ее содержимое в бокалы себе и своему сотрапезнику и быстро выпил свою порцию. Джордж последовал его примеру.
— Стивен, послушайте меня! — обратился Джордж к соседу по столу, вглядываясь ему в глаза. — Я постараюсь придумать, как помочь вам. Это будет нелегкая задача.
— Спасибо за готовность что-то сделать для меня, вернее, для моей дорогой девочки!.. — глаза Стивена заслезились. — Но я прекрасно понимаю, что вы бессильны помочь мне.
— Повторяю: постараюсь помочь вам. Но вы должны будете пройти свою часть пути до точки спасения дочери.
— Я готов на все, хотя не понимаю в полной мере, что вы подразумеваете под моим отрезком пути.
— Пока рано об этом говорить. Может быть, все обойдется.
— Уже не обойдется!..
— Не будем забегать вперед! Но наметим нашу следующую встречу, чтобы еще раз обсудить пути помощи Кэролайн.
С этими словами Веригин вытащил из кармана пиджака флайер с анонсом относительно Дня Чайна-таун. Протянув листовку американцу, он пояснил:
— Примерно через месяц здесь пройдет местный праздник — День Чайна-таун. Предлагаю встретиться на этом празднике и все окончательно решить относительно медицинской помощи вашей дочери.
— Я буду в Иокос… в Иокогаме в этот период. Приду в Чайна-таун.
— Только встретимся не в ресторане, а на праздничной процессии! Не ищите меня, я пристроюсь за вами следом.
Мазун половину субботнего дня провел на работе, в посольстве. В воскресенье он сказал Маргарите, что опять вынужден поехать в посольство. Но оставил машину на стоянке у вокзала Сибуя и поехал на метро в Икэбукуро. Там он встретился днем в условленном кафе с Митико.
— У тебя сегодня выходной? — спросил Мазун девушку. — Можем спокойно пообщаться?
— Да, сегодня я не работаю, — ответила Митико.
— Отлично! День в нашем распоряжении.
— Но где мы будем общаться? — спросила Митико, явно подразумевая их традиционное общение в доме свиданий.
— Не обязательно в постели! — довольно грубо заметил Мазун. — Я просто хочу видеть тебя, разговаривать с тобой.
— Спасибо большое! Для меня это — большая честь.
— Не нужно говорить эти дежурные слова. Главное — чтобы я знал, что небезразличен тебе.
— Вы для меня — идеал мужчины. Даже более того — вы принесли мне надежду на лучшее в этой жизни. Ваша доброта и отзывчивость позволяют по-новому посмотреть на людей, на их возможности — духовные и… — Митико озорно посмотрела на собеседника — физические.
При этих словах Митико Мазун отставил чашку кофе, которую держал правой рукой, и этой же рукой взял в свою руку ладонь девушки.
— Митико, я постоянно думаю о тебе. Мне так тебя не хватает, когда нет возможности встретиться с тобой!..
— Я тоже думаю о вас.
Мазун еще сильнее сжал руку девушки. Она невольно поморщилась от излишней мужской силы.
— Извини! Я сделал больно тебе. Напротив, я хотел бы оберегать тебя, помогать тебе преодолевать жизненные невзгоды, если они возникнут.
— Невзгоды всегда бывают у любого человека. Без них не обойтись. Главное — чтобы их было поменьше и чтобы их можно было бы одолеть с наименьшими потерями.
Митико — восточная женщина, и ее высказывания отражали философско-религиозный дух культуры Востока. А если выражаться покороче, попроще, то она отличалась кротостью и терпимостью, что и покорило Мазуна наряду с ее молодостью и красотой…
Из кафе в Икэбукуро, где они неторопливо разговаривали, Мазун и Митико поехали на такси в Синдзюку, в квартал Кабуки-тё. Там он снял номер в love hotel. Страстные объятия стали итогом их воскресной встречи. Они понимали друг друга и ладили не только в ходе задушевных бесед.
Основы того, как сексуально ублажать мужчин, Митико объяснила служанка, присматривавшая за девушкой в квартире. Позже мама-сан посвятила Митико в премудрости сексуальных утех, которые сводили с ума мужчин. Митико оказалась способной ученицей в теории и на практике, хотя секс не приносил ей подлинного наслаждения. Это был лишь неизбежный атрибут ее жизни на данном этапе. Она надеялась со временем поменять жизненные приоритеты и стать примерной матерью и домохозяйкой.
