— Заказывал номер в отеле в Куала-Лумпуре для друга из Пенанга, — объяснил Ахмад Юрию.
— Друг приедет из провинции поразвлечься в столице? — с понимающей улыбкой задал риторический вопрос Веригин.
— Нет, он приедет по делу через месяц. Он бизнесмен, крупный бизнесмен.
Понятное дело, у президента малайзийского информационного агентства друг — явно не мелкий лавочник, а шишка покрупнее. Иначе быть не может, разве только, если тот друг детства.
— Проведет переговоры по бизнес-проекту?
— Будет готовиться в течение нескольких дней к поездке в Пекин. Он войдет в число сопровождающих лиц в нашей официальной делегации.
Веригин не стал задавать дополнительных вопросов, чтобы не показывать интереса к этой теме. Ему уже ясно, что примерно через месяц в Китай отправится правительственная делегация Малайзии для ведения с китайской стороной переговоров по торгово-экономическим вопросам.
Вернувшись в посольство, подполковник тут же отправил в Москву шифротелеграмму о предстоящей поездке малайзийской делегации в Пекин. Буквально через несколько часов пришел запрос из Центра: уточнить и подтвердить факт намеченной поездки делегации в КНР и собрать сведения о целях визита. Судя по всему, в Москве заинтересовались данной информацией, связанной с Китаем.
Китай в тот период не являлся противником Советского Союза, но все же был негласным конкурентом в вопросах влияния в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Москва ревностно относилась к Пекину — другу и соратнику. Сведения о внешнеполитическом и внешнеэкономическом курсе Пекина представляли значительный интерес для советского руководства.
Как раз на следующий день был намечен cocktail party в резиденции посла ГДР. Юрий, конечно же, не упустил этого случая, отправившись туда вместе с Еленой. Мошкары на улице на сей раз не было.
В ходе коктейл-парти Веригин накоротке переговорил с Юргеном и попросил узнать, если представится такая возможность, о предстоящем визите малайзийской правительственной делегации в Китай.
Через три дня утром Юрий как бы невзначай столкнулся в задней части территории советского посольства с Юргеном, который привез свою пятилетнюю дочь в детский сад при посольстве.
— Как дочь? Как дела в целом? — приветствовал Веригин коллегу из Штази.
— Все нормалек!
— Ого, Юрген! Ты делаешь успехи в русском языке. Знаешь даже такие словечки.
— Знаю еще кое-что.
— Я весь внимание! — сразу же перешел на серьезный лад Веригин.
Юрген заговорил, перейдя на шепот:
— Малайзийская официальная делегация действительно отправится в Пекин через месяц.
— Цель визита известна?
— Переговоры по торгово-экономическому сотрудничеству. Ожидается подписание межправительственного соглашения.
— Спасибо Юрген! Я твой должник! — поблагодарил Юргена Юрий.
— Сочтемся! — коротко ответил сотрудник посольства ГДР.
Веригин срочно отправил шифровку в Центр. Он подтвердил факт предстоящего визита делегации в Пекин и сообщил о намеченном подписании соглашения.
И Юрий действительно отблагодарил Юргена за помощь. Хотя это была далеко не равноценная услуга, но все же она подтвердила установившиеся дружеские отношения между ними.
Дело в том, что буквально через несколько дней после этой памятной для Веригина встречи с Юргеном того срочно вызвали по телефону в советское посольство, сообщив, что Катрин заболела: у нее резко поднялась температура. Юрген быстро примчался в советское посольство, чтобы забрать дочь, но, паркуясь около входа в помещение детсада, задел передним крылом машины дерево. Хладнокровный и четкий в работе, он не смог сдержать волнения, связанного со здоровьем дочки.
Узнав о происшествии с автомобилем Юргена, Веригин вмешался в решение проблемы «дорожно-транспортного происшествия». Он договорился с завхозом посольства, чтобы дело представили так, будто подсобный рабочий посольства задел доской крыло автомобиля сотрудника посольства ГДР. Соответственно, ремонт машины оплатило советское посольство.
Это срочное сообщение из Москвы 10 ноября 1982 года обрушилось со всей неожиданностью, хотя подспудно все готовились к нему. Скоропостижно скончался Леонид Ильич Брежнев, Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР.
Хотя 75-летний Брежнев был старым, больным человеком, казалось, что он будет с трудом передвигаться и говорить еще несколько лет. Но нет. Наступил конец эпохи Брежнева, длившейся 18 лет.
Генеральным секретарем ЦК партии был избран на Пленуме ЦК Юрий Владимирович Андропов. Ему 68 лет, все же помоложе Брежнева, внешний вид более подходящий — подтянутый, собранный.
В советском посольстве в Малайзии известие об избрании Андропова генеральным секретарем встретили с энтузиазмом. Особенно радовались, хотя внешне не подавали виду, сотрудники резидентуры. Ведь Андропов являл собой выдающегося представителя отряда чекистов. Он полтора десятилетия успешно возглавлял Комитет государственной безопасности СССР, в январе 1982 года стал секретарем ЦК, а в ноябре уже возглавил правящую партию.
