Веригин, размышляя о выдвижении на вершину власти Андропова, вспоминал этапы влияния чекистов на все аспекты жизни в стране. Сразу после революции чекисты — боевой отряд партии — стали играть ведущую роль. По существу, органы госбезопасности: ВЧК — ГПУ-НКВД — МГБ при Сталине даже затмили партию, их влияние было определяющим и решающим. При Хрущеве и Брежневе партия вновь выдвинулась на первый план и стала контролировать госбезопасность. Аппаратчики КПСС назначались на значительные посты в КГБ, прежде всего в кадровых службах. Но даже в оперативных подразделениях появились выходцы из партии — не на оперативной работе, а на руководящих должностях. С одной стороны, подобная ротация позволяла партии взять под контроль органы государственной безопасности. Но, с другой стороны, выходцы из партии не являлись профессионалами в сфере госбезопасности, не способствовали развитию КГБ с профессиональной точки зрения, идеологическая составляющая стала порой превалировать над чисто профессиональными нормами.
Теперь, при Андропове, думал подполковник госбезопасности Веригин, все должно вернуться на круги своя. Не в плане репрессий в русле сталинских теорий «по мере построения социализма усиливается классовая борьба» и «лес рубят — щепки летят», а в контексте выдвижения органов государственной безопасности на передний край государственного строительства и управления.
Но это все было впереди. А пока в повестке дня стояли похороны Леонида Ильича и реакция в мире на смену власти в СССР. На совещании у посла обсуждался вопрос об организации церемонии приема соболезнований в посольстве по случаю кончины Брежнева. В зале приемов установили столик, на него водрузили книгу для записей соболезнований. Рядом поставили траурный венок.
Все это было сделано в соответствии с указанием из Москвы, в рамках посольства. А в резидентуре приняли решение по поводу самостоятельных мероприятий в связи с кончиной Леонида Ильича Брежнева. Резидент выдвинул собственную инициативу по этому печальному поводу. Причем полковник не счел нужным извещать о данной инициативе посла. Ведь наступили другие времена.
Резидент приказал фотографировать всех пришедших выразить соболезнования в связи с кончиной Брежнева и выяснять их фамилии и должности. Затем просмотреть записи в книге соболезнований. Все это было необходимо, по уверению резидента, для того чтобы выявить истинных друзей Советского Союза, изучить их биографии и по возможности использовать в дальнейшем в рамках решения оперативных задач.
Веригин не счел эту инициативу резидента такой уж ценной и эффективной, но тем не менее вместе с другими сотрудниками резидентуры приступил к ее реализации.
Офицер безопасности посольства — 35-летний блондин с щеточкой усиков — фотографировал всех подходивших к книге соболезнований, беспрестанно щелкая затвором фотоаппарата. Остальные помечали в блокнотах тех, кто оставил запись в книге соболезнований. Другие просили представиться малазийцев и иностранцев, которые не оставляли слова соболезнования и свои подписи в книге соболезнований. Приходили представители политических и деловых кругов, послы иностранных государств.
Некоторые из пришедших в посольство СССР выразить соболезнования по случаю кончины господина Брежнев с изумлением и недоумением взирали на сотрудников посольства, спрашивавших их фамилии и должности. Иные тут же безропотно сообщали запрашиваемые данные. Но практически у всех в головах сквозила одна и та же мысль: ведь это советское посольство, здесь всего можно ожидать!..
Приход Юрия Владимировича Андропова к власти всколыхнул всю страну, посеял надежды на лучшее будущее. Конечно, партия знает, кого выдвигать на высокий пост. Веригин и его коллеги были горды, что Советский Союз возглавил выходец именно из их конторы. Вернее, яркий представитель системы государственной безопасности. Наконец страна попала в твердые руки, направляемые холодным рассудком и горячим сердцем. Отпускники, возвращавшиеся в посольство из Москвы, командированные оттуда, прибывавшие на несколько дней, рассказывали о последних событиях в советской столице и в целом в стране. Из советской периодической печати также можно было почерпнуть кое-что.
Юрий Владимирович взял курс на наведение порядка в стране. Борьба с разгильдяйством и коррупцией вышла на первый план.
Андропов направил генералов и старших офицеров КГБ в некоторые государственные учреждения для укрепления кадрового состава. Они выполняли по существу роль комиссаров. Не лезли руководить всем процессом, но внимательно наблюдали за происходящим, с тем чтобы не допустить нарушений и перегибов, тактично вмешивались в нужный момент в развитие ситуации.
Для широких народных масс новый курс при Андропове ассоциировался с публичной борьбой с нарушениями трудовой дисциплины и мздоимством. Телезрители, радиослушатели и читатели газет с откровенным удовольствием и скрытым злорадством знакомились со сводками с фронтов неустанных выступлений против злостных нарушителей трудовой дисциплины и социалистической законности.
