– Чёрт, ты же знаешь, как я тебя люблю? – выдохнула тихо.
Убрала вакцину в задний карман джинс и, не дожидаясь от Кайла ответа, обняла и ласково провела ладонью по его волосам.
– Очевидно, почти как собственного сына, – задорно рассмеялся он в явном намёке на мой жест, сжав в ответных объятиях. – Я тоже тебя очень люблю, Ярусь. Не забывай никогда об этом, лады?
Чувство правильности и умиротворения буквально затопило рассудок, поэтому я и не подумала отстраняться. Прошло не меньше минуты, прежде чем момент семейной идиллии растаял. А всё потому, что…
– Ты что это – прощаешься, что ли? – поинтересовалась удивлённо.
Судя по виноватому выражению лица брата, я не ошиблась с выводами.
– Помимо вакцины, удалось раздобыть некоторые документы, которые могут помочь с поиском остальных лабораторий, да и сети их организации в целом, так что мне действительно нужно уезжать. Судя по сегодняшней реакции твоего альфы, у вас вроде как налаживается всё, так что моё присутствие не обязательно, ведь правда?
В какой-то мере он был прав, вот только долго ли будет длиться моё спокойствие, если учесть чьё прибытие ожидалось в скором времени?
– Не правда, ты мне всегда нужен, – усиленно помотала головой в отрицании.
Брат сжал объятия крепче, вновь привлекая к себе.
– Трусиха ты, – по-доброму ухмыльнулся Кайл. – Уверен, никакие рыжие медсестры не способны вылечить мозг Джеру настолько, чтобы он перестал чувствовать, что его семья – это ты и Эйдан, а не кто-нибудь ещё… Да и Егор будет здесь: он-то тебя в обиду точно не даст никому. Разве нет?
Гипотетическое присутствие Григорьева, и правда, воодушевляло… но не настолько, чтобы со спокойной душой отправить брата туда, где водились призраки прошлого, способные уничтожить всех нас.
– Обязательно тебе уезжать сейчас? – предприняла новую попытку отговорить его. – Подожди немного. Как только Яну станет легче, он или Айом помогут тебе. Вместе вам будет гораздо проще.
Последнее стояло под огромным вопросом, но сейчас было важнее не отпустить Кайла. И сама не знаю почему, но страха во мне было чересчур много.
– Я позвал Тимофея, да и остальное семейство Лазаревых тоже будет, так что не нужны мне чёрные волки, – отмахнулся альфа клана белых. – Да и я уже не маленький. С чего бы это вдруг такая непомерная опека, а, сестричка?
Если бы я знала!
– Ладно, – проворчала недовольно в капитуляции. – Не удержу ведь всё равно… Проводить тебя?
– Да, и платочком на прощание ещё помаши, которым слёзки потом утирать будешь, а то без драматических прощаний никак ведь вообще, – в который раз усмехнулся брат.
– Да ну тебя, – фыркнула громко, повторно ткнув мужчину в бок. – Вали давай уже.
Даже рукой махнула, указывая направление.
– Сделаешь так ещё раз, и я слягу с переломом рёбер! – расхохотался Кайл.
Подарила ему презрительный взгляд, поджав губы, и развернулась обратно к комнатам, в которых остались супруг и сын.
– Чуть не забыл. Меня же Мак отправил, – заставил притормозить с уходом оборотень. – Он просил передать, чтобы ты и Джер спустились на нижние уровни. Тебе там противоядие вроде как положено, а альфе твоему пора бы уже заняться восстановлением, пока новых приступов не случилось.
– Хорошо, – отозвалась вяло.
Настроение вмиг скатилось ниже некуда. И это не осталось незамеченным тем, кто чувствовал меня лучше кого-либо.
– Если вдруг апокалипсис настанет – звони! Примчусь с того конца света! – крикнул вдогонку Кайл.
Он больше не обернулся, спешными размашистыми шагами покидая коридор, в то время как я открывала двери в апартаменты альфы клана чёрных волков, но посланную им волну ласкового тепла ощутила даже с такого расстояния.
– Всё в порядке? – поинтересовался Ян, когда я вошла в комнату.
Поначалу собиралась отмахнуться, сделав вид, что всё хорошо, но потом…
– Кайл уезжает, а я думала, он побудет здесь ещё немного, – призналась нехотя. – Вот и расстроилась. У меня в твоём замке не так много близких людей…
– Понимаю, – горько хмыкнул он. – Знаешь, я сегодня смотрел на родителей, сестру, и внутри ничего не дрогнуло. Будто я видел перед собой обычных прохожих… – супруг отвернулся обратно к сыну и ласково улыбнулся. – Он единственный к кому я хоть что-то испытываю настолько сильное… словно во мне напрочь отсутствует способность любить, – добавил задумчиво. – Я сегодня ощутил это особенно остро, когда обнимал тебя. В тот момент я испытывал всё то же, что до этого много раз с Элейн. И вот думаю, а не могли ли эти сумасшедшие учёные убить во мне некоторые эмоции совсем? – ненадолго он снова ушёл в себя, как это уже бывало не раз, а потом посмотрел на меня, словно только заметил, с кем разговаривал. – Извини. Просто не люблю лгать и не хочу кормить тебя ложной надеждой. Я, честно, пытался, но не могу…
Вот же… Не нужны мне твои оправдания!
