— Не знал, что люди понимают в травах. Как ты их различаешь? У вас же носы слабые!
— Так-то у нас есть глаза...
— Глаза вижу. Красивые.
Разговаривал Тиром легко, так что через десять минут я уже вовсю улыбалась. Первый дружелюбный Волк! Даже не подозревала, что такие бывают. Он чем-то даже напоминал Олова, смешил меня, пока болтал.
— ...если хочешь, могу тебе город показать, хочешь?
— Мне нельзя покидать управу, — слегка насторожилась.
Он усмехнулся.
— Это они только пугают. Если недолго, никто не заметит. Я не обижу, ничего такого! — поспешно добавил Тиром, заметив мое растерянное замешательство. — Ознакомительная прогулка. Ты ведь и не ходила толком по городу? У нас есть, что посмотреть. Покажу тебе нашу лекарскую лавку. Не думаю, что у людей есть подобная. Она, кстати, всего в паре домов от управы! Рядом.
Посещение лекарской лавки меня заинтересовало, но я и о словах старейшины помнила. Поэтому соглашаться на прогулку я не планировала, хотя немного хотелось. Так что я просто отрицательно помотала головой.
Тиром ни капли не расстроился.
— Боишься? Выходи на площадь к зениту, если надоест здесь возиться. Просто прогуляем около управы. В это время старики едят, а затем ложатся спать, — со смешком проговорил.
— Не знаю, как сложится, — уклончиво произнесла. — Посмотрим.
Хотел еще что-то сказать, но оглянулся. Я увидела за его спиной недовольное лицо Ирис.
— Ну, я пошел. До встречи, миса Аса.
Волк шутливо поклонился.
С удовольствием проводив его глазами, я со вздохом потянулась к следующей пыточной шторе, когда заметила надвигающуюся на меня знакомую крепкую мужскую фигуру. Хорошее настроение как ветром сдуло. Я машинально расширила глаза и попятилась.
«Таор».
***
После встречи с Тиромом настроение было так себе.
Таор свысока смотрел в напуганные светло-серые глаза Асы, молчал и недовольно валял в голове мысль, что надо бы извиниться.
Вроде как было за что.
С этим имелась проблема: извиняться словами Волк толком не умел. Он осознавал, что обычно бросал нечто похожее на огрызок извинения, от которого собеседнику становилось только неприятно. Для себя он считал надежнее действия. Они и получались лучше.
Поэтому, вместо «извини, я был не прав», Таор шаркнул об траву подошвой сапога и хмуро бросил:
— С Тиромом не ходи. Никогда.
Аса посмотрела на него исподлобья. Держалась она настороже. Таор внезапно обнаружил, что пялится на мокрую рубашку, прилипшую к женским ключицам и груди. Грудь что надо, сразу заметил.
«Этого ещё не хватало...»
Еще больше мрачнея, отвел глаза. Но терпко-сладкий, похожий на какую-то душистую специю, необычный запах ее волос продолжал своевольно лезть ему в чувствительный нос, дразня ноздри так, что не хватало зла. С носа запах попадал на корень языка, который начинал зудеть. Нестерпимо захотелось сказать ей что-нибудь возмутительное. Опять.
«Какого... она не носит платок?!»
— С кем хочу, с тем и пойду, — неожиданно упрямо буркнула уже Аса, причем в его же тоне. — Когда захочу. Если пожелаю. Не маленькая.
Волк с высоты своего роста азартно глянул на женскую макушку.
— Хочешь — иди, большая девочка, — пожал плечами, внешне держа лицо и ровный голос. — С ним будет весело и интересно. Он будет много говорить, смешить. Скажет, что ты красивая, особенная. Тебе будет приятно. В первый раз.
Аса подняла глаза и нахмурилась.
— А во второй?
— А во второй — не очень.
— Почему?
«Почему».
В памяти Таора всплыл Тиром, делящийся с ним секретами «мастерства». Как раз Тиром бывшему князю сочувствовал, ох, как крепко сочувствовал. Однажды ночью у огонька даже решил дать Таору несколько дружеских советов, поделиться личным опытом, так сказать. Запомнилось...
Таор поморщился.
— Это не для женских ушей.
В ответ Аса независимо вздернула подбородок и молча потянула из деревянного корыта темное намокшее полотно. На вкус Волка внешне она была не примечательной: пепельные волосы, серые глаза, небольшая горбинка на носу... Ничего особенного. Но её запах продолжал нахально дергать за нос.
Плохо скрывая раздражение — уже на себя — Таор наблюдал, как она еле отжимает ткань.
«Силы как у мухи. Не послушает же, попадется, дура».
Заговорил.
— Во второй раз он угостит тебя, заведет в глухое местечко, поцелует в щёчку, в шейку, просунет руку под юбку. Потрогает. Может тебе понравится, а может нет, неважно. Он не будет явно пользоваться силой. Просто будет успокаивать, обрабатывать тебя медленнее, аккуратнее. К этому моменту ты будешь думать, что Тиром хороший парень, который должен понимать, что ты приличная миса. Гарантирую, он и будет все понимать, уже понимает, как и я. Ты же знаешь, что мы чуем? Знаешь...
Она изумленно вздернула на него лицо, забыв про работу. Таор не смутился. Он не стеснялся подробностей: всё-таки видел, что не пятнадцатилетняя, должна понимать.
«Пусть пугается. Целее будет».
