Услышав, что Лика видела, что с воспитанником все в порядке, управляющий шумно выдохнул. Внимания на него никто не обратил.
– А ты что там делала?
– Хотела познакомиться с Евой. Вы так и не предоставили мне такой возможности. – Пожала плечами волчица.
– И Адам был у нее? – Прищурился Тиберий.
– У нее. – Протянула Лика.
– Есть шанс?
– Шанс всегда есть. – Женщина вытерла с губ остатки глазури. – Если твой Бета не будет упрямым ослом, у него появится семья, а у нас спокойствие и уверенность в благополучии Хофтерфилда.
– Не думал, что Адам настолько важен. – Расслабился Тиберий.
– Не Адам. – Загадочно произнесла Ева. – Пойдем, пообщаешься с остальными детьми. Они очень хотят с тобой встретиться.
Я стояла у окна и наблюдала, как огромный оборотень с волчонком уходят вглубь леса. Ощущения были странными. Как будто эти двое что-то для меня значили. Хотя, на самом деле, ничего подобного не было. Только иллюзия Хофтерфилда.
За восемь часов, благодаря травам и сну, Винс полностью восстановился. Оставалось надеяться, что теперь у волчонка будет больше возможностей защитить себя. И Адам позаботится о нем. Когда волки скрылись из виду, достала из печи чайник и заварила кофе прямо в чашке. Возиться с туркой не хотелось. Посмотрела на догорающие угли в печи, села в кресло. Старое дерево за окном приветливо скрипнуло. Как будто радовалось, что мы наконец-то остались одни.
Лунная печать на груди жгла. Это было не так больно, как когда тебе ставят клеймо. Больше похоже на аллергию. Оставалось решить, что с этим делать. Лунная печать несколько усложняла ситуацию.
Сделала глоток кофе и прикрыла глаза. Запах волка бродил по дому, перебивал остальные запахи, будто метил территорию. Обволакивал меня своим теплом и спокойствием. Сквозняк, врывающийся в дом через открытую дверь, пытался вытолкнуть из помещения чужой дух. Но получалось у него это из рук вон как плохо.
Люди о существовании волчьих меток знали. В том числе и о парных. Но как они выглядят, мало кто догадывался. Да и рисунок у меня был в таком месте, что легко прятался под одеждой. Другой вопрос был в том, что влечение к волку усиливалось. Я это чувствовала. Что творилось с самим Адамом, оставалось только догадываться. Тогда возникал логичный вопрос, насколько безопасно будет разъезжаться на разные территории? Насколько хорошо волки, разлученные с парами, себя контролируют?
Химера и военные пытались исследовать эту проблему. Но успехов в этой области почти не было. Ученым удалось выкрасть несколько парных волчиц, насколько мне известно. Только толку от этого не было. Без второго оборотня эксперименты были бесполезны. Нам кураторы Химеры дали ознакомиться с некоторыми исследованиями. Сделать из них какие-то выводы, было сложно. Возможно, этот вопрос стоило обсудить с самим Адамом.
Стоило вспомнить о Бете, как в животе все сжалось. Но я не успела задуматься над собственными чувствами, потому что где-то из-за деревьев донеслось звонкое:
– Эй! Я знаю, что ты дома! Можно подойти?!
Поставила кружку на стол, взяла уже знакомый, но совершенно бесполезный в случае опасности нож и вышла во двор.
– Кто здесь?! – Крикнула, пытаясь уловить чужой запах.
Он был смутно знаком. Но я никак не могла вспомнить, кому принадлежал аромат.
– Мы с вами встречались! – Через минуту среди деревьев мелькнуло цветастое платье. – В «Потаскушке»! Помните?
– Матильда?
– Ты меня помнишь! – Обрадовалась женщина.
– Что ты тут делаешь?
– Оооо! Я сразу поняла, что у тебя что-то случилось. Два дня места себе не находила. Решила проверить. А тут метки Беты везде. Мне без разрешения нельзя эту границу переходить. – Пожала плечами женщина и улыбнулась. – Я пироги принесла. – Подняла вверх соломеную корзину. – Пустишь?
Пироги пахли пирогами. Матильда пахла топленым молоком и ванилью. И еще какой-то искренностью. Этот тонкий, едва уловимый аромат, я встречала только у детей. Прикинув, смогу ли сама справиться с волчицей в случае опасности, кивнула. Та радостно взвизгнула и смело зашагала вперед.
– Я здесь с самого детства, кажется, не была. – Говорила Матильда по пути к дому.
– Я думала, оборотни не ходят на территорию ведьм.
– Ой! Скажи это волчатам. Первый оборот и ты в азарте лезешь везде, где нельзя. Знаешь, с тех пор здесь почти ничего не изменилось. Только везде разит Бетой. Ты и есть его Луна?
– С чего ты взяла это?
Мы вошли в дом. Матильда осторожно осмотрелась. Потом подошла к столу и поставила корзину.
– Все просто. Оракул объявила, что у него появилась Луна. Я была на празднике. Потом ты непонятно как оказалась в «Потаскушке». Потом запретительные метки Адама вокруг Тилы. Какой волк будет так метить территорию, если там нет Луны?
– Запретительные метки? – О таком я никогда не слышала.
– Да. Он же кровью деревья пометил, а не просто шкурой потерся. Значит, пересечение границ может грозить кровной местью. Оборотни с такими вещами не шутят. Ты не знала?
– Нет. – Мотнула головой.