- Ладно, - сказал Коменски, - может, удастся все же отыскать что-то… Но мы отвлеклись. Я вот о чем - Улисс говорит, что пропали только люди… остальное все осталось на месте - приборы, оборудование… Ну, одним словом, это меня и тревожит.
- Предполагаешь худшее?
- Не знаю. Скорее, опасаюсь. Разумеется, могло случиться все, что угодно, но эту возможность тоже со счетов сбрасывать нельзя.
- А тамошние местные?
- А что - тамошние местные? Они не очень разговорчивы, знаешь ли…
- Не то, что твои, а Симон? - спросил Гидеон.
- Эти-то… да…
Он смолк, пододвигая себе тарелку. Все, что было извлечено из-под развалин музея - все, о чем мечталось в мире металла и пластика, в функциональном мире космических перелетов и дальних поселений, где есть только самое
необходимое и ничего больше…
Все очищено, простерилизовано, приведено в порядок - фарфор и матовая патина серебра, в сиянии свечей отливающая розовым, хрупкое стекло бокалов на высоких ножках, которые так удобно ложатся в руку… лишь пища из синтезатора, бесформенной массой лежащая на тарелках разрушала ощущение подлинности.
Видно, Гидеон подумал о том же, потому что он сказал:
- Надо бы настоящую еду. Если уж…
Наташа, сидевшая от Симона по левую руку, вздрогнула:
- Не приведи Господи, - с коротким смехом проговорила она, - это же ужас! Грязь, навоз - они же навозом удобряют… Живое мясо.
- В том-то и дело, - назидательно проговорил Гидеон, вертя в пальцах вилку, - в том-то и дело! Мы слишком изнежены. Цивилизация еще не есть культура.
- Навоз на полях и скотобойни тоже не есть культура, - заметил Симон.
-Не скажи…
Симон принялся за еду под негромкую запись, которую аппаратура старательно воспроизводила с привезенного со звезд кристалла. Недоставало только музыкантов на хорах, хотя сами хоры сохранились - уходящая во тьму галерея под сводами зала.
- Мечтаешь припасть к истокам, Гидеон? - спросил он. - Простая, бесхитростная жизнь? Расскажи об этом местному старосте - он, кстати, сморкается на пол. А уж вонь в избе…
- Ох, - сказала Наташа, - пожалуйста…
- И все-таки, Симон, - обернулся к нему Коменски. - Я хотел бы знать… Симон пожал плечами.
-Ты был прав. Не могу сказать, что они совсем безнадежны, но… письменности у них нет, совершенно дикие суеверия… На любой чих разработан свой ритуал…
-Группа Лагранжа вплотную приступила к контактам, - заметил Гидеон. - Они, вроде, даже взялись кого-то учить…
- Я знаю, мне Улисс рассказывал. Они с Дианой притащили какую-то девчонку… вымыли и посадили за компьютер… Да еще стимулятор подключили… Сам Лагранж как раз был против - его измором взяли. А что от нее толку, от одной-то… Они там, на побережье, совсем дикие… Впрочем, что забавно, письменность у них сакральна, а вот навыки чтения сохранились.
-А результаты?
- Пока неясно. Диана еще на что-то надеется.
-Ладно,-вмешался Коменски,- Гидеон?
- А что - я? - неохотно ответил Гидеон. - Туземцы как туземцы. Впрочем, лично мне они симпатичны.
- Ты отлично понимаешь, о чем я тебя спрашиваю. Ты ведешь наблюдения с воздуха?
- Я повесил датчики - если они что-то засекут… мы это тут же узнаем. Либо группа Лагранжа…
- Подключись к наблюдениям, Наташа, ладно?
- А как же музей? - обиженно спросила Наташа. - Я же тебе говорила, я хочу устроить во внутренней галерее…
- В свободное время. Никуда он не убежит, твой музей.
Наташа замолчала и тоже уткнулась в тарелку. “Не очень-то радостный обед получился, — подумал Симон… - впрочем, так оно и идет - все хуже и хуже…”
- Так мы старались, - грустно заметила Оливия, - а тут все равно неуютно как-то…
- Уж очень долго здесь никто не жил,- сказал Симон, - в этом замке… И местные его избегают.
- Как ты думаешь, почему? Симон пожал плечами.
- Почему не поселились? Замок не так-то просто содержать… Его и протопить-то невозможно. Странно другое - почему они его не растащили по камешкам?
- Боятся, - сказала Наташа. - Как ты думаешь, кто тут когда-то жил? Граф Дракула!
- Кто? - удивился Винер.
- Ну, знаменитый вампир…
-Что? - заинтересовался Гидеон. - Неужто вправду?
-Да нет, разумеется, это они так туристов привлекали. Я нашла проспекты… На самом деле сюда лет за двадцать до всеобщего обвала вселился какой-то мелкий землевладелец, потомок прежних владельцев. И устроил тут музей с экскурсиями. И слухи распустил - для привлечения туристов.
- А местные, выходит, тоже поверили, - заметил Симон. - И до сих пор верят.
- Надо отдать ему должное, этому владельцу, - сказал Гидеон, - он вообще был человеком неглупым… Когда все начало рушиться, собрал все фамильные ценности и архивы, упаковал все и замуровал в подвале. Мои сервы…
- Твои сервы, - мрачно сказала Наташа, - все смазкой испачкали…
- Да ладно тебе…
- Кстати, - заметил Коменски, - насчет сер-вов… Ты их отключил? Не хотелось бы напугать местных.
- Да. Как правое крыло расчистили, так и отключил. Они в ангаре.
Разрушая иллюзию старины, неожиданно замигала красная лампочка на встроенном в стену пульте.
- Вот, - сказал Гидеон, - опять. Он неохотно встал из-за стола.
- Пустое же дело…
- Что там? - спросила Оливия.
