Уверенно, но осторожно его пальцы коснулись моего лона, и я хрипло ахнула, распахнув глаза.
— Знаю, что ощущения странные и пока непривычные. Но со временем ты научишься получать от них настоящее удовольствие, — прошептал Адам, погружаясь в меня сильнее и мягко растягивая упругие горячие стеночки.
Он действовал плавно и осторожно, а я слышала, как безумно и горячо колотится его сердце.
Как изменилось его дыхание, став рваным и судорожным, когда он пытался дышать ровно, но у него ничего не получалось.
Его терпение и такт висели на волоске.
Я отчетливо ощутила это, когда Адам неожиданно застонал, что-то прорычав себе под нос, и уткнулся в мою шею.
Его тело мелко задрожало в попытках сдержаться, а я замерла и прикусила нижнюю губу, потому что не знала, что мне нужно сделать, чтобы помочь ему. И себе.
К счастью, Адам смог собрать свою волю в кулак и, как всегда, очень ясно ощутил, что чем больше проходит времени, тем сильнее я начинаю бояться и нервничать.
Наверное, поэтому он убрал руку и теперь уперся ими по обе стороны от моей головы, подавшись бедрами вперед так, что я отчетливо ощутила его возбуждение.
— Ты готова, Кити? — хрипло от едва сдерживаемых эмоций, но очень серьезно выдохнул Адам, на что я кивнула в ответ в полном осознании того, что будет дальше. — Смотри на меня.
Я снова судорожно вцепилась в простыню, послушано глядя в его гипнотические темные глаза, всем телом ощущая первое движение его тела навстречу моему телу — еще такому неопытному и дрожащему от испуга того, что я не знала.
Черт! А это было куда больнее, чем я себе представляла!
Тело сжималось и сопротивлялось вторжению, даже если мысленно я самой себе приказывала расслабиться и не нервничать настолько сильно.
Я чувствовала его внутри себя!
То, как член продвигался степенно вперед, заполняя меня до самого предела и даже еще больше, отчего казалось, что я не выдержу и разорвусь!
Это было настолько неожиданно и остро, что трудно было дышать.
— Смотри на меня, Кити.
Он пожирал меня глазами!
Смотрел с одержимостью и огнем, от которых становилось откровенно страшно. И я смотрела, словно кролик, завороженный удавом, в этот момент забывая о том, что я тоже была хищницей.
Как же было больно!
Мне казалось, что если я сделаю вдох еще немного, то просто лопну изнутри.
Я правда думала, что смогу сдержаться, но не получилось.
Я пыталась упираться в его торс ладонями, чтобы отодвинуть и дать мне передышку, но это было бесполезно.
В какой-то момент я вскрикнула, а он прижался губами к моим, забирая этот звук себе.
Адам глухо рыкнул, когда вошел в меня, и замер, снова отчаянно задрожав.
— Уже все, маленькая. Дальше будет не так страшно.
Нет, сразу боль никуда не ушла, но мысль о том, что всё получилось, стала тем лучиком эйфории, за который я хваталась всеми силами.
Всё получилось!
Я больше не принадлежала Дарку! Ни душой, ни телом!
Осталось только, чтобы он узнал об этом и отрекся от меня в омерзении и ярости!
Я не боялась его злости.
Я боялась прожить жизнь рядом с этим монстром.
Поэтому, даже когда Адам стал двигаться — сначала осторожно и размеренно, а затем резче и сильнее, — я героически терпела этот процесс, потому что знала, что рано или поздно всё закончится, зато я буду в новом статусе.
Лишь в какой-то момент я поняла, что время идет, а он не останавливается.
Схватившись руками за изголовье кровати, он вбивался в меня настолько дико и самозабвенно, что, кажется, просто выпал из реальности.
Этот процесс захватил его всего.
Поглотил.
Сделал безумным и непохожим на того сдержанного и вежливого мужчину, которого я успела узнать.
Я схватилась руками за его напряженный, обжигающий жаром торс, чуть впиваясь ногтями, чтобы привести в себя, но вместо того, чтобы обратить на меня внимание и успокоиться, Адам зарычал от возбуждения, запрокидывая голову, и я увидела, как мелко пульсируют его вены на шее, выделяясь под упругой кожей.
Я искренне испугалась, когда где-то над моей головой раздался треск, и мое тело сжалось по инерции, стараясь минимизировать нападение, вот только ничего не получалось — боль снова нарастала, и запах крови и секса окружал нас незримым коконом, который оседал на волосы, разгоряченную кожу и постель.
— …Адам! — я положила ладони на его торс, ощущая, как мышцы сокращаются и наливаются этой дикой безумной страстью, которая выбилась из-под контроля и затмила его разум. Но от этого легкого прикосновения он дрогнул и опустил голову, глядя в мои глаза.
В его глазах был алый туман.
Нечто звериное и настолько неподдающееся описанию, что по телу снова прошли мурашки.
Адам был не просто волколак, а зверюга настолько страшная и неконтролируемая иногда, что идея держаться от него подальше в этот момент не казалась мне странной.
Он хрипло выдохнул и задержал дыхание.
Но хотя бы перестал вбиваться в меня, хотя всё его тело дрожало мелкой дрожью, а на лбу выступили капельки пота.
Он боролся с собой.
Искал в себе того Адама, который был способен оставаться спокойным и вежливым в любой ситуации, даже когда ломал кости и рвал плоть.
