На все ее вопросы мне хотелось отвечать лишь одно – ты. Ты. Везде и во все только ты.
Но было одно дело, которое осталось неразрешенным.
Поэтому когда моя волчица уснула обнаженной, прекрасной и уставшей в нашей общей кровати, я нехотя выбрался из комнаты, бережно прикрыв ее пледом, чтобы спуститься на первый этаж.
Туда, где был Сет и где меня ждал Уран.
Палач был как всегда молчаливым, но, кажется, довольно расслабленным, что случалось с ним не часто.
- Ты к нам снова спать? - криво улыбнулся я ему, протягивая руку для приветствия.
- И это тоже.
- Может, тебе комнату расширить?
- Не нужно.
Мы зашагали в эту самую комнату, где в четырех стенах стояла лишь одна кровать, и больше ничего. Единственное, что в ней был особенного - она поглощала все звуки, изнутри и снаружи тоже.
Мы сделали это осознанно, потому что не могли быть уверенными в том, что на Палача не попытаются воздействовать с помощью той чертовой программы, когда он становился безвольной куклой, выполняющей приказы.
Он, и два его брата.
- Как Марс и Плутон?
Палач кинул на меня быстрый пронзительный взгляд, и отозвался как всегда сухо немногословно:
- Так же.
- Срывов больше не было?
- Пока нет.
Пока. Очень короткое и чертовки дурное слово, которое за собой несло всегда большую беду.
Сдерживать одного Палача мы еще хоть как-то могли, но троих сразу!
Такое было не под силу никому.
- А что с мятежниками?
Мы вошли в комнату, не включая свет, потому что он был нам не нужен.
Такие создания, как мы, могли видеть в любой даже самой кромешной тьме.
- Их не стало меньше.
- Да. Сет сказал мне, что после своей вылазки они заполучили в свои ряды еще пару десятков добровольцев, - хмуро отозвался я, - Почему вы не убиваете их, Ран?
Палач сел на кровать, и повел мощными плечищами.
- Мы не можем.
- Почему нет?
- Они не нарушают наших правил, и не показывают себя людям.
- Но ты же понимаешь, что они способны убивать других волков.
- Отдайте им вожака.
- И что будет, Ран? Он поведет эту армию на нас!
Палач сверкнул синими, как лед глазами.
- Никто не может знать этого наверняка.
Я только поджал губы, пока не в состоянии понять логики тех, кто был почти божествами в нашем мире.
- Ты не думаешь, что весьма странно собрать под своим флагом такое количество волков, чтобы затем мирно жить с ними где-то отдельно?
- Не думаю. Но мы не можем знать наверняка, что они планируют.
- То есть мы отпустим их и будем ждать войны?
- Да.
- Отлично, - пробурчал я, а потом тяжело выдохнул, потому что понять Палачей было мне не дано. Но и пойти против их слова я тоже не мог.
Никто бы не смог.
Ни у кого бы просто не хватило на это сил и возможностей.
- Ладно. Ты спи. Мне нужно позвонить кое-кому.
Уран никак не ответил, только растянулся молча на кровати, а я прикрыл за собой дверь и поднялся на первый этаж, чтобы позвонить себе подобному.
Не просто волколаку рода полярных.
Не просто белому волку, а из той самой семьи, которая сохранила в себе кровь нашего единого предка.
Такой же, какой была и моя семья.
По сути, мы были с ним братьями, хоть и дальними.
Наша кровь была самой сильной, особенной. Но именно она стала той проказой, которая породила армию недовольных под предводительством этого самого Волко.
Гарм ответил сразу же, после первого гудка.
- Брат мой! Я ждал, когда смогу услышать тебя! Сет сказал мне, что тебе досталось.
- И похуже бывало, - хмыкнул я в ответ, но все же улыбнулся, услышав голос того, кого по праву смог бы назвать своим братом.
Жаль, полярные волки обитали слишком далеко от нас - на Аляске и территории далекой холодной Арктики, а потому мы виделись очень редко.
- Я найду и накажу всех, кто был причастен к нападению на вас!
- Не горячись, Гарм. Они сделали так, как посчитали нужным. А твоя задача не дать им забрать его.
- Всё под контролем, Дарк. Не переживай.
Гарм говорил серьезно и был уверен в своих словах, но я успел узнать этого волка за несколько лет плена слишком хорошо, чтобы расслабляться.
Казалось бы, Волко был заключенным.
Он был наказан по законам волколаков и лишен права свободы и какого-либо выбора, но глядя на него, совсем не создавалось ощущения покорности и принятия своей судьбы.
Волки сами по себе народ гордый и своенравный, но у этого был особенный стержень внутри.
То, что не смог сломать даже я, каким бы жестоким не был по отношению к нему.
Такие, как он, от невзгод и проблем закаляются, словно сталь, и день ото дня становятся сильнее морально на зло всем бедам и невзгодам.
Его можно было сломать физически – обездвижить, забрать связь с реальностью с помощью препаратов, которые дурманили мозг, и потому делали его слабым.
Но сломать такого морально было просто нереально.
Сделай ему больно – и он выйдет из огня и пепла, словно феникс, чтобы стать сильнее и пропитаться духом мести, как бессмертием.
Его поэтому выбрали вожаком.
Поэтому искали гребанную кучу лет, и никак не оставляли.
Полярные волки только одного не знали - их брат уже много лет находится прямо перед их носом, в Арктике, на родной земле.
К счастью, я сделал все, чтобы другие волки не смогли его почувствовать, и на данный момент это спасало.
