Оказалось, что у него для меня сюрприз. Подарок, ценнее которого по нынешним временам нет ничего: три пачки патронов двадцатого калибра! Персонально для меня! (Да, больше никого у нас в этом калибре)… Пачка крупной дроби (25 патронов) и две – пулевых (по 10). Я прям растаяла! Ещё бы – калибр-то у ТОЗика редкий, где пополнять? И в остатках у меня – печаль и слёзы… Ну а теперь-то легче. Считай, те мои «слёзы», плюс ещё почти полсотни. Повоюем!
Тем временем, после долгого прямого участка, дорога нас вывела к подобию перекрёстка. Сосед тормознул свой квадрик, за ним остановились все.
– Тут просека старая, примерно с востока на запад. Если двинуть вниз – он показал рукой в сторону востока – можно выйти на Нижнюю тропу. Но нам туда пока не надо. А если вверх – он показал на запад – выйдешь к нормальной дороге, что ведёт на Магнитку.
– Квадрики там не проедут. – сказал Рыбак. – Просеку, похоже, не чистили с девяностых годов. Заросло всё, даже отсюда видно.
– А мы не поедем. Нам туда и незачем. Я почему остановился: вот эта просека, что вверх ведёт – она для стрельбища подходит. Так что можно сделать перекур, и перекус, и пострелушки. Всё разом.
Предложение было принято «на ура». Даже Курц обрадовался – спрыгнул с квадрика, понёсся в лес, метить кусты.
Технику мы поставили на полянке: место ровное, почти открытое. Подлеска мало, и видно далеко. Незамеченным не подойдёт никто.
Огонь разводить не стали – достали термосы с запасённым с утра кипятком. Худо-бедно, а попить чай или кофе хватит. А уж нормально пообедаем, когда до Тесьмы доберемся, или до первого приюта.
Достали из мешков припасы – колбасные, сырные остатки, хлеб… Я с рюкзака сняла «Канцлер» – настругать бутерброды. И поймала грустный взгляд Дениса.
– Эх, а я теперь колбаску не порежу! Изгваздал «Москита» не пойми в какой заразе… Кстати вот: Мария, Тим! Вы мне как медики скажите – чем теперь мне нож дезинфицировать?
– Мы когда в Больнице общались с докторами, нам сказали, что эти прионы почти ничего не берёт. Формалин, кипячение и даже радиация – всё мимо. – сказал Тимофей.
– Вроде бы нейтрализует их гидроксид натрия, это который каустическая сода. И ещё хлорная известь. – добавила Маша. – Но у нас ни едкого натра, ни хлорки нет.
– Ты попробуй пока хлоргексидин. – Тимофей протянул Денису флакон из своих запасов. – Хуже не будет. Но колбасу, действительно, лучше не резать им.
– Ладно. А как насчет… граммов по пятьдесят? Для снятия стресса? Мне – точно полагается. Да и остальным, кажется, не помешает… – Денис достал из рюкзака бутылку рома. Надо же, сохранил!
Народ отказываться не стал (кроме трезвенника Тимофея), но буквально все оговорку делали – мол, только одну стопочку! Но и то правильно – нам ещё и ехать, и стрелять.
Кстати о стрельбе. Сразу после перекуса и начали. Разделились, как обычно, на два отряда. Первыми пошли Сосед, Влад, Денис и Рыбак. Остались мы с Машей и Ириной, плюс Тимофей и Шатун – квадрики охранять.
Главной проблемой оказались – внезапно! – мишени. Бутылок пластиковых нет, картона нет… Всё, что удалось найти у нас в запасах – обычная туалетная бумага. И скотч (не виски, а клейкая лента!) Дальше – дело техники: бумагой обмотали ствол дерева, скотчем закрепили. Маркером, который тоже нашёлся у кого-то, от руки изобразили «яблочко» и круги вокруг него. Вариант примитивный, конечно. Но хоть так.
Вскоре вдоль просеки загрохотали выстрелы. Хотя, мне кажется, карабин стреляет даже тише, чем гладкоствольное охотничье ружьё. Выстрелы перемежались радостными воплями – когда кому-то удавалось удачно попасть. Ну а мы на страже техники сидели, чай-кофе был допит, и настроение какое-то не радостное в воздухе повисло. Особенно Маша мне не нравилась. Она и чай не попила толком, сидит, грустит…
– Маш, что не так? – спрашиваю.
– Да нормально всё. – а у самой, вижу, глаза на мокром месте. Отвела её в сторонку, под предлогом, что в туалет, прикрывать (да, мы по одиночке не ходим теперь!) – а там и расспросила.
Оказывается, Мария переживает за того бандита, Вову. Будто бы, её «коктейль», который от судорог, мог привести к остановке дыхания! Мол, не уверена она, что можно было при таких ранах колоть ему вот это всё…
Я – человек простой. Сказала, как думаю: мол ты, подруга, делала всё, что в твоих силах. И не твоя вина, что у этого бандита сразу и до кучи совпало: инфицированная огнестрельная рана, ножевое ранение в лёгкое, да и ещё столбняк. Если, конечно, это и вправду столбняк был… А то ведь, даже мне, без медицинской энциклопедии, понятно: от столбняка можно умереть, да. Но нельзя ожить потом в виде «синяка»! А раз так, значит… Этот Вова уже был инфицирован.
А что у него вместо мозгов из головы брызнуло – ты видела? То-то! Он, считай, уже готовый «синяк» был. А то, что мы могли принять за столбняк – судороги вот эти – вполне могло быть совсем другим симптомом, вот этой самой инфекции. И он бы помер и обернулся – даже без нас. И без всякого твоего «коктейля». Так что ты себя не вини, а думай лучше о том, как нам всем этой фигнёй не заразиться!.. Вроде – подействовало.
