Одно из самых ярких и страшных детских приключений. Что было потом – она не помнит, как добиралась домой, как сумела скрыть от родни это происшествие. Черный провал в памяти, и все тут.
Теперь она вспомнила этот случай – выныривая из полусна-полуяви на «поверхность воды». Да, она будто вынырнула и вдохнула воздух полной грудью.
И тут же ощутила некоторый…непорядок. Руки и ноги ее были связаны – мягко, чем-то вроде шарфов, но связаны. И еще – она была привязана к стулу.
- Очнулась? – улыбнулся ей мужчина, который стоял рядом и заглядывал Насте в глаза – Вот и хорошо. Сейчас наденем тебе новый ошейник, и все будет отлично. Как себя чувствуешь?
Настя промолчала, глядя в лицо незнакомца. Она не знала, кто он такой, но тут же предположила, что это какая-то новая сволочь, и скорее всего не лучше, чем тот же Сирус. Лучше уж сразу предположить, что все мужчины, которые ее окружают – паскудные твари, желающие сделать ей плохо, чем потом разочароваться в человеке. Так спокойнее, и правильнее.
- Я маг-лекарь Арены. Мое имя Селлер – снова улыбнулся мужчина. Ему было лет пятьдесят на вид, и он ничуть не был похож на кровожадного ублюдка, желающего напакостить Насте. Впрочем, как тот же Сирус, выглядевший профессором с кафедры филологии.
-- А это господин Файлер. Он главный в Арене – Селлер поклонился куда-то в сторону, и Настя увидела худощавого мужчину с глубоко запавшими темными глазами. Ему тоже на вид было от сорока до пятидесяти лет, и смотрел он на девушку с прищуром и легкой кривой усмешкой.
Файлер Насте тоже не понравился, уж слишком он был…неопасен с виду. Настя пришла к выводу, что чем человек выглядит неопаснее, тем гадким мерзвцем на самом деле он оказывается. Сирус – доказательство этого закона.
На Земле в книге одного фантаста она читала о маньяках, которых убивал герой еще до того, как они совершили преступление. Так вот там было и про некого Чикатило, растерзавшего десятки юных девчонок. Настя полезла в инет, посмотреть на этого гада, ожидая, что увидит совершеннейшего монстра (и как это его так долго не могли поймать?!), и увидела милого дядечку с доброй, открытой улыбкой. Ну никогда, никогда бы она не подумала, что ЭТОТ человек мог совершать такие страшные преступления! Так что Настя никому не будет верить, а тем более тем, кто выпускает на арену людей, убивающих друг друга на потеху толпе.
Так и не дождавшись ответа, маг протянул к Насте руку и защелкнул на ней ошейник. Настя вскрикнула – как и тогда, когда на нее надели первый и второй ошейники – вначале у Эдгеля, потом у Сируса. Ее будто током прошибло – видимо это происходило тогда, когда ошейник соединялся с центом управления телом Насти. Но боль быстро прошла – быстрее, чем тогда, когда ошейник одели ей в первый раз. Вот только душевная боль осталась на месте – Настя почему-то думала, что в Арене ей эту погань все-таки снимут. По крайней мере, она на это надеялась. Но…не сняли.
- Все, господин Файлер, дело сделано! – весело потер ладоши лекарь – Можете проверять!
Настя вдруг почувствовала жар…потом ее бросило в холод, затем она замерла, не в силах двинуть даже пальцем, а еще через несколько секунд ее тело пронзила сильная боль – уже знакомая боль. И тут же боль исчезла, даже не заставив Настю потерять сознание.
- Работает – спокойно сказал тот, кого назвали Файлером – Селлер, друг мой…развяжи девочку, и оставь ее со мной наедине. Хочу с ней поговорить по душам. Можешь быть свободен, но пригласи ко мне Эллерса. Чуть попозже. Пусть посидит на скамейке, я его приглашу. Нам для разговора никто не нужен.
Настя напряглась, и сердце ее забилось, норовя выпрыгнуть их груди. Вот оно, началось! Сейчас ее будут насиловать! Уж этот-то сможет, не то что слабосильный Сирус. Ладно, она и этому яйца оторвет! Ей уже плевать на то, что будет потом! Дальше арены не пошлют!
- Тихо, тихо, девочка! – усмехнулся Файлер – Неужели ты думаешь, что у меня некого трахать, и я дожидался только тебя, чтобы заняться этим замечательным делом? Нам просто нужно поговорить. Я хочу выяснить кое-какие интересующие меня факты, а ты узнаешь от меня, что тебе предстоит, и какой твоя жизнь будет в ближайшие…не знаю, сколько тебе отмерено, надеюсь, не считанные дни.
Селлер попрощался и вышел, и в комнате снова повисла тишина.
- Я теперь твой бог – без предисловий, жестко заявил Файлер, и Настя увидела перед собой не доброго дяденьку, а жесткого, сильного зверя – Мне по большому счету на тебя наплевать. Твой бывший хозяин хочет, чтобы ты умерла, и как можно страшнее. Желательно, через месяц-другой. Чтобы тебя выпотрошили, как рыбу. Кстати, попозже расскажешь мне – что такого ты ему сделала, что он на тебя ТАК обозлился.
- Я могу и сейчас рассказать – хмыкнула Настя, глядя в глаза внимательно рассматривающего ее мужчины – Я ему яйца оторвала и член откусила. Теперь он не может с женщинами. Вот и все, ничего необычного.
