Хотя с другой стороны – что еще оставалось девчонке, которая хотела выжить? Если бы свободная была, имелся выбор, тогда – да. А так…можно только восхититься степенью ее выживаемости.
Глава 16
- Можно с тобой рядом присесть?
Настя подняла взгляд. У левого плеча стояла небольшая крепкая девушка с завидной мускулатурой, похожая на постоянную обитательницу тренажерного зала – перекаченные мышцы ног, могучие плечи, и лицо эдакого трансгендера. Короткая туника почти не скрывала ее тело, украшенное татуировками. Даже лицо было татуировано, и напоминало то, как татуируются маори. Зверское, надо сказать, лицо.
- Палец мне в зад совать не будешь? Тогда садись.
Татуированная даже рот раскрыла от удивления:
- Зачем я буду совать?! С какой стати?
- Все это норовят сделать, как только я к ним подхожу ближе – так же мрачно ответила Настя, и губы ее сложились в кривую ухмылку – Ладно, не делай такую физиономию. Шутка! Почти…
Девушка хмыкнула, и присела рядом, поставив доску-поднос на стол. Настя обычно ела одна, в одном и том же месте, за коротким дощатым столом, рассчитанным на четыре человека. К ней никто не подсаживался – то ли боялись, то ли презирали. И то, и другое Насте было совершенно безразлично. Вообще-то она могла бы потребовать принести ей еду в комнату – для нее точно бы сделали исключение, но во-первых все равно потом относить посуду на кухню, во-вторых, могли плюнуть в чашку. И потому Настя внимательно следила за тем, как повариха накладывает и наливает в ее миску. Конечно, суп с харчком Настю бы не убил, но есть похлебку и думать о том, что в нем плавает чья-то сопля было бы очень неприятно.
А кроме того, ей не хотелось совсем уж отделяться от «коллектива». Да и скучно одной есть. Информационный голод, черт его подери. Так хоть искоса смотришь по сторонам, запоминаешь лица, прислушиваешься к разговорам. Слух у Насти великолепный, так что она может прослушивать практически всю столовую и слышать все, что говорят – если только говорящий нарочно не снижает громкость.
- Что, достали? Пристают? – сочувственно спросила незнакомая девушка,запуская ложку в миску.
Настя промолчала. Что еще сказать? Очевидно же.
- А меня Ана звать. Или Хищница! – проглотив три ложки варева, продолжила налаживать контакт девушка – А тебя Наста, так?
- Если бы точным – Настя – после паузы ответила землянка – Но можно и Наста. Мне все равно.
- А ты сама откуда? Приехала? С другого материка? – не унималась девушка – У вас все такие…большие и белые?
- Да. Белые и большие господа – мрачно ответила Настя, поняв, что девушка на самом деле засланка и пришла на разведку. Любопытный народ решил все-таки узнать, откуда Настя такая взялась и чем дышит.
- Ты из господ?! – черные глаза девушки стали широкими, как блюдца – Из аристократов?!
- Ну конечно – Настя сделала как можно более серьезную физиономию – Принцесса. Меня украли и выбросили на этот материк, чтобы…чтобы работорговец меня захватил и продал с аукциона!
- Ух ты… - искренне восхитилась Ана – Принцесса! Настоящая!
- А ты думаешь чего мне хотят лобок золотить – так же невозмутимо ответила Настя – Чтобы показать, что я из золотой молодежи.
Девушка секунд десять смотрела на собеседницу, потом недоверчиво помотала головой:
- Ты шутишь. Точно, ты шутишь!
- Так не задавай глупых вопросов – холодно ответила Настя – Все мы здесь одинаковы. Все рабы.
- Я свободная! – гордо ответила Ана – Я могу выходить наружу каждые семь дней!
И тут же добавила, помолчав секунды три:
- Деньги отношу маме. У меня еще два брата и две сестры. Отец на войне погиб, у южан, ну а я вот деньги зарабатываю. А что – выгодно, хорошо! Где еще такие деньги найдешь? Мама и домик подновила, и одежду с обувью мелким покупает, и еда всегда есть. И мне на счет в банк деньги кладет. Выйду отсюда – будет на что жить. Замуж выйду, рожу.
- А зачем татуировку на физиономии сделала? – спросила Настя, собственно для того, чтобы поддержать разговор. Хоть какое-то развлечение. А то кроме тренировок, жрачки, да посещения сортира больше никаких развлечений.
- Это для арены – усмехнулась Ана – потом сведу. И на руках и ногах сведу. Плевое дело – для мага. Неприятно, конечно, когда сводят – но не страшно. Сенда рассказывала, когда сводила – воняло, как будто свинину жарили. Краску-то выжигают вместе с кожей. А потом уже наращивают.
- А она зачем сводила? – спросила Настя, разглядывая причудливые зигзаги на лице соседки.
- Ха ха ха! – Агна вдруг захохотала – Она пошла в трактир, нажралась там с наемниками, и они набили ей на лбу и на щеках мужские члены! Вот гады! Потом сказали, что набили столько членов, сколько в ней побывало в эту ночь.
- И сколько? – невольно ухмыльнулась Настя.
- Двадцать три! Ах ха ха! – зашлась хохотом Ана, на нее оглянулись, и она сразу убавила звук – И вроде как не по одному разу! Скандал был – жуткий! Представляешь, она приходит с красной рожей, вся в членах – а ей на арену! Эллерс сам ее выпорол, лично. И оштрафовал на месячную зарплату. Чтобы неповадно было так нажираться. А еще – лишил выхода в город на полгода.
