Это не развращение. Наоборот, когда они будут видеть тела своих товарищей, то будут лучше осознавать их физические возможности. Кроме того, члены команды могут обнаружить любые изменения на теле своего соратника, которым тот не придал значения или не заметил. Здоровье каждого члена кварты влияет на ее эффективность и повышает шансы на выживание.
Помывка прошла без инцидентов. Вероятно, потому что объяснила им эту необходимость. По лицам детей я поняла, что не все согласны, но выбора у них не было. Они безропотно заходили в парилку, натирались солью и медом, припасенным мной. Зато мы все повеселились, когда наступил черед битья вениками.
По такому случаю я достала свежие дубовые венички. Всех ребят я выгнала в предбанник, где те могли отдохнуть и набраться сил. Первой жертвой стал Иргид, не на правах старшего — по возрасту старшей была Эрбель, а в качества лидера их кварты. Долго паренек не продержался. Когда на полок лег Олан, и я поддала пару, тот уже хотел вылететь из парилки. Однако путь к выходу я загородила с собой. Мальчишке ничего не оставалось, кроме как смириться. Выползал он почти на карачках. Да, побила я этого длинноного от души.
Тихан заходил в парилку как на казнь. Но толи он был выносливее своих товарищей, толи успел подмерзнуть в коридоре, процесс битья вениками ему понравился. Выходил младшенький с блаженной улыбкой на лице.
Когда мимо меня проходила Эрбель, я ухмыльнулась про себя. Ничего! Я быстро выбью из тебя эту заносчивость дубовыми вениками. И, правда, я прошлась по ней сильнее, чем по предыдущим ребятам. Однако ни слова возмущения не последовало. Я заметила, что еще, когда мы натирались медом и смыли его, то она не скрывала удивления, проводя руками по ставшей нежной коже.
Последней была Маирита. Она боялась, но старалась не подавать виду. Я ободряюще ей улыбнулась. На мою улыбку Рита ответила тем же, а ведь раньше опустила бы глаза и спряталась бы. Ее я не била так, как Бель.
Меня же попарил сам банник. Ох, и хороша же банька! Выходила из парилки я вся красная, едва придерживая простыню, чтобы не смущать своих детей. Плюхнулась на широкую лавку и облокотилась о стену. Все тело переполняла легкость и расслабленность. Я просто не ждала подобного вопроса в этой ситуации.
— Скажите, а убивать легко? — тихо спросил Иргид.
Несмотря на то, что я только что вышла из жаркой парилки, меня сковал лютый холод внутри. Что ответить на этот вопрос, я не знала. Отвечу честно.
— Легко, — также тихо произнесла я. — Убивать легко. Только вот жить с этим грузом тяжело. Первый раз я убила, защищая свою честь. Я не знала, что была умышленником. В тот день прорезалась моя странная сила. За убийство аристократа мне вынесли смертный приговор. Перед казнью предложили стать смертником, и я согласилась.
Дети с замиранием слушали мой рассказ. Когда я закончила, никто не нарушил воцарившуюся тишину. Они обдумывали услышанное.
— А с каких это пор самозащита стала караться смертью? — решила выяснить этот вопрос Эрбель.
— Когда я совершила убийство, я училась в благородном пансионе, — на лицах ребят появилось искреннее изумление. — Да-да, этикету и прочим аристократическим штучкам я обучена, — с грустью в голосе я усмехнулась на их реакцию. — Я долго над этим размышляла. Мы все в той группе были неблагородного происхождения. Нашим родителям удалось оплатить дорогое обучение, а нам самим выдержать сложные экзамены, чтобы поступить в благородный пансион. Я думаю, что хозяйка хотела продать нас аристократам, чтобы те с нами повеселились. Она готовила нас не для выхода в высший свет, а в любовницы богатым лордам, — я не сдержала тяжкого вздоха. Какой же наивной я была в те года! — А сурово меня так наказали, потому что никто не подтвердил моих слов о нападении лордов на беззащитных девушек. Даже сами пострадавшие девочки не заикнулись об изнасиловании.
Я замолчала. А что еще нужно говорить? Молчали и дети. И я этому была рада. Слов о сочувствии мне не требовалось. Я давно пережила это событие и более не питала иллюзий на счет людей. Возможно, тех девушек запугали или подкупили. Правды я не знала, а потому не мучила себя домыслами, предпочитая жить. Ведь жизнь досталась мне дорогой ценой.
В молчании мы собрались и покинули баню. Никто не нарушил его и по дороге в общежитии. Дети задумчиво плелись следом. Лишь у самого здания Иргид задал вопрос, которого я ждала весь вечер. Ради этого и устраивалась совместная помывка.
— Выучить учебник за неделю невозможно, — высказал он свой неправильный вывод.
— Почему же невозможно? — я приподняла левую бровь.
— Да там же шестьсот страниц! — присоединился к разговору Олан.
— А вас сколько? — не уступала я.
— Пятеро, — настороженно пробормотал Иргид.
— Это настоящее издевательство. Каждый из нас не может столько выучить. Я уже не говорю о том, что из-за особенностей нашей силы не все заклинания мы можем создать, — и в этот раз Эрбель решила выступить в оппозиции.
