Юки громко фыркнула, упёрла кулачки в бока и сообщила:
— Утро уже давно настало, а ты всё дрыхнешь! Мне скучно! Вставай и развлеки меня, а не то покусаю!
— Ох! А твоё настроение улучшилось, да? Снова капризничаешь…
— Мне можно, я самочка! А ты спишь как убитый, пушкой не разбудишь! И где там хвалёная чуткость наёмника?! Я ведь могла тебе глотку перегрызть, а ты лишь громче захрапел! Позорище! И как после этого ты собрался меня защищать?!
Юки смотрела на спутника свысока, но её глаза смеялись. Она просто хотела внимания и общения.
Агнар пропустил язвительное высказывание мимо ушей и пояснил:
— Наёмники чувствуют настоящую угрозу. А ты…
— Эй! Думаешь, я мягкая и податливая?! И не надейся! Мои когти остры, а зубы… это… тоже остры! Вот!
— Для меня самая большая опасность в том, что ты можешь проесть дыру в нашем кошельке. За остальное я не переживаю. Более чем уверен, что ты никогда не вонзишь клыки в мою глотку. И вообще, ты ведь не хотела, чтобы я тебя боялся? Так к чему этот оскал сейчас?
— Ой! Ну поиграться уже нельзя?!
— Можно, только я в этом участвовать не буду.
— Пф! Ну так неинтересно, барашек! Хоть сделай вид, что испугался. Дай насладиться твоим ошарашенным лицом!
Юки села на кровать и крепко схватила руку «добычи». Острые ногти болезненно впились в кожу Агнара. Этого хватило, чтобы полностью прогнать его сон, но было недостаточно, чтобы он открыто запротестовал.
— Ладно-ладно, встаю! — пробурчал Агнар.
Он нехотя выбрался из-под одеяла, поднялся с кровати и принялся неспешно одеваться. Последствия недавней драки почти сошли на нет. Остались только небольшие ссадины и кровоподтёки.
А вот синяк на лице Юки пропал полностью. Похоже, на ней всё заживало очень быстро.
— Сапожки надень, простудишься же, — напутствовал Агнар, застёгивая пуговицы куртки.
— А мы куда-то пойдём?
— Да, наведаемся к Гилберту. Он наверняка уже проснулся.
Агнар огляделся и хмыкнул. Нигде в комнате не стояли тарелки с едой. Это было очень странно. Обычно Юки, проснувшись, первым делом бежала на кухню за новой порцией съестного. А сегодня этот ритуал был нарушен.
Агнар приподнял в удивлении бровь и спросил:
— Ты разве ещё не завтракала? Не хочешь есть?
— Хочу! Но…
Юки опасливо покосилась на дверь и вздохнула. Похоже, Волчицу что-то тревожило. И это «что-то» было на улице.
В голове Агнара сверкнула догадка, которая могла всё объяснить. Он прокашлялся и будто мимоходом спросил:
— Ты боишься встретить Окуму? Поэтому не покидаешь комнату?
— Дело не только в этом…
— Тогда в чём же?
— Я боюсь поддаться панике, если выйду на улицу одна. Чувство страха может взять верх. Тогда я убегу так далеко, что мы с тобой никогда не найдём друг друга. А я не хочу, чтобы это путешествие закончилось так.
Юки быстро отвернулась, чтобы не показать проступивший на лице румянец. Сейчас она говорила то, что было на душе. Без притворства, кривляний, шуток. Только чистая правда. Но от этой искренности у Волчицы почему-то перехватывало горло.
Агнар понимал, на что способен глубоко укоренившийся ужас. Окума причинил Юки много страданий, она готова была бежать прочь при упоминании его имени. Такой сильный страх не победить простыми словами.
Агнар приблизился к Юки, протянул ладонь и сказал:
— Возьми меня за руку и ничего не бойся. А если попытаешься убежать, то я просто свяжу тебя верёвками и брошу в телегу, пока не успокоишься.
— Ты ж мой рыцарь!
Юки тихонько рассмеялась и развернулась. На её лице сверкала радостная улыбка, а белый хвост за спиной довольно покачивался из стороны в сторону. Однако в глубине зелёных глаз Волчицы всё ещё таилась тревога.
Юки быстро нацепила на ноги сапожки и бабочкой порхнула к двери. Агнар уже ожидал там.
Вместе они спустились по лестнице и остановились возле кабинета Гилберта. Сквозь щели в двери было видно, что внутри горит свеча. Иногда казалось, что хозяин гостиницы не любит солнечный свет. Он всегда предпочитал закрывать ставни своих окон, делая это даже днём.
Агнар посмотрел на Юки и заметил:
— Чепчик можно было не надевать. Без него тебе лучше…
— Без чепчика мне пришлось бы скрыть свои волчьи прелести от посторонних взглядов. А я не хочу этого делать сейчас, потому что ушки понадобятся нам в разговоре…
— А, зачем?
— Ты разве забыл? Мои прекрасные ушки могут слышать ложь в словах собеседника.
— Не думаю, что Гилберт собирается нас обмануть.
— Ох, барашек… не будь таким наивным!
Агнар не стал спорить. В словах Юки было рациональное зерно. К тому же осмотрительность ещё никому не вредила. Наёмник мог припомнить с десяток случаев, когда осторожность спасла ему жизнь.
Откашлявшись, Агнар постучал в дверь кабинета и спросил:
— Господин Гилберт, можно войти?
В глубинах кабинета послышался шорох, а затем звук шагов. Дверь открылась, на пороге появился сам Гилберт — хозяин гостиницы. Он был одет в привычный чёрный костюм, а на голове покоилась шляпа с пером.
— Господин Агнар? Ох! Вы вовремя, проходите! — быстро проговорил Гилберт, указывая рукой внутрь кабинета.