Юки не стала слушать. Она пригнулась ещё ниже и вмиг обратилась огромной волчицей. Когтистая лапа проскребла по земле, оставляя на ней глубокую колею. Послышался рык, от которого затряслись даже камни мостовой.
Бен закрыл глаза и приготовился к смерти.
Но Юки громко фыркнула и прошла мимо него. Она подошла к поваленному дубу, перекрывающему дорогу, и одним мощным ударом лапы откинула его в сторону. Теперь проезду ничего не мешало.
Юки вернулась к Бену и проговорила:
— Будь моя воля, я откусила бы тебе голову! Но мой барашек этому не обрадуется. Поэтому ты будешь жить. Вместе мы доберёмся до Мастбри, где ты всё расскажешь нужному человеку. Хотя бы этим искупишь часть своей вины. Но если попробуешь схитрить, то я найду тебя даже на краю света.
Юки рыкнула и снова превратилась в девушку. Она помогла Бену встать и препроводила его в повозку. У старика были треснуты рёбра, он не мог сам сидеть и управлять телегой. Но этого и не требовалась.
Юки взглянула на лошадей, и те покорно двинулись по дороге.
Гроза понемногу уходила дальше на восток. Ливень сменился обычным дождём. Молнии всё ещё ярко освещали округу, но раскаты грома стали тише. Завывающий ветер трепал и развевал белые волосы Волчицы, от чего она казалась настоящей ведьмой.
Юки вернулась к своей повозке, по пути подобрав уцелевший плащ, зелёный кинжал Бена и мешочек с камнем души.
Она села на скамейку и тихонько попросила:
— Малютка, поехали.
Промокшая кобылка заржала и встрепенулась. Она тряхнула гривой и покорно побежала вперёд, чтобы не отстать от ведущей телеги, в которой серели мешки, набитые землёй с берегов Синего озера.
Вскоре злополучное место осталось далеко позади.
Жутко поскрипывая, две телеги катились вперёд. Чернота ночи постепенно сменилась серостью раннего утра. Небо очистилось от грозовых облаков. У горизонта показалась алая полоска приближающегося рассвета.
Агнар стонал и метался на дне повозки. Его бросало то в жар, то в холод. Губы наёмника шептали непонятные слова, он бредил.
Юки уже хотела превратиться в волчицу и в зубах донести Агнара до города, но тут её взгляду предстала небольшая покосившаяся избушка. Домик стоял чуть в стороне от дороги и выглядел заброшенным.
Глаза Юки сверкнули. Все три лошади подчинились молчаливому приказу и тут же остановились.
Оставив телеги на дороге, Юки пробежала по мокрому полю и с любопытством заглянула в избушку. Внутри была всего одна комната, заваленная всяким мусором. Соломенная крыша давно прохудилась, а на бревенчатых стенах росли длинные белые грибы. Зато в углу стояла небольшая каменная печурка, сохранившаяся на удивление хорошо.
Юки вернулась к телегам и в третий раз за сутки обратилась волчицей. Затем она аккуратно взяла бредящего Агнара в зубы и унесла к дому. К сожалению, огромная волчья морда не пролезла сквозь дверной проём, а потому пришлось положить ценный груз прямо на пороге.
Юки вернула себе человеческий облик и кое-как смогла затащить Агнара внутрь дома. После этого она вернулась к Бену и приказала:
— Вставай!
— Что ты задумала? — спросил старик, с трудом поднимая руку и хватаясь ей за деревянный борт.
— Мы насквозь промокли, у Агнара лихорадка. Мы не сможем добраться до города сейчас. Нужно остановиться и отдохнуть. Я нашла небольшой заброшенный домик с печью, сможем просушиться и поспать.
Юки помогла Бену доковылять до избушки, а после притащила в дом все мокрые вещи. Осталось только разжечь в печи огонь. Для этого Волчице пришлось прибегнуть к помощи старика.
— Мне нужны искры! — сказала она сердито, разламывая старый табурет и складывая деревяшки в топку.
— Возьми кресало, — тихо ответил Бен, протягивая мешочек, в котором были два камня и кусок пакли.
— Я не умею… сам разожги!
Бен не стал спорить и тихонько проковылял к печи, опасно пошатываясь при каждом шаге. Старый извозчик со стоном сел на пол и достал из мешочка два куска кремня и крохотный пучок сухих волокон.
По избушке разлетелся звонкий стук. Яркие искры посыпались в стороны.
Вскоре в печурке разгорелось жаркое пламя. В комнате сразу стало светлей и уютней. «Приручённый» огонь грел лучше, чем «дикий» костёр. Крыша над головой создавала иллюзию защищённости, а полусгнившие стены оберегали от ветра.
Бен тяжело откашлялся и тихонько произнёс:
— В моей телеге есть кастрюля и овощи. Если принесёшь их, то я сварю суп. С ним ты вмиг согреешься. А ещё в ящике есть лекарства, они помогут наёмнику быстрее прийти в себя. Не бойся, я обещаю не причинять ему вреда.
— Если тронешь его хоть пальцем…
Юки покинула дом и отправилась в сторону повозок.
Через минуту она вернулась обратно. В руках Волчица держала всё необходимое для варки супа, а в зубах сжимала сумку с лекарствами, от которой пахло сыростью и всевозможными травами.
Юки дождалась, пока Бен пристроит к печи кастрюлю и сложит внутрь всё необходимое, а потом потребовала:
— Лечи Агнара! Если он умрёт, то ты сильно пожалеешь! Уж поверь!
Бен выполнил настойчивую просьбу. Он влил в рот Агнара какие-то микстуры, затем протёр его раны тряпкой и обработал мазью.