– Правильно, милорд. Сразу после этого я снова побеседовал с Лиандой. Сначала она продолжала твердить, что ее заставили, но потом призналась. Потому и яд такой. О нем во многих трагедиях упоминается. И достать легко… хотя зимой труднее. Им еще и крыс травят. В общем, достать нетрудно, как пользоваться им, знает любая девушка, его ведь еще называют ядом несчастных влюбленных.
– Несчастных влюбленных?
– Да, им травятся девушки из-за неразделенной любви.
– Вот ведь, – пробормотал Володя себе под нос. – И кого она хотела отравить?
– Конкуренток. То есть всех, кто был в комнате.
– М-да… хорошенькая такая служанка у моей невесты… Ладно, о ней мы еще поговорим, что там по похищению? Ваши предположения – зачем? Ну если не считать абсолютно бредового предположения о провозглашения Корта знаменем нового восстания.
– Почему бредового, милорд? – удивился Крейс.
– Потому, что указом короля род Тиндомов вычеркнут из свитков дворянских родов королевства. Улияна единственная, кому позволено называться Тиндомом. Ее дети на это имя уже не имеют никаких прав. И до тех пор, пока я, их опекун, не дам им новое дворянское имя они никто. Я готов поверить, что такого человека, как граф Дорейский это не остановило бы, ему достаточно, что Корт сын его друга. Но похищение планировал не он, его подставили. Причем у меня такое ощущение, что тем, кто планировал его все равно удалось бы оно или нет. Но! Если бы не была похищена Аливия и она не рассказала бы мне как вел себя Корт… Думаю, я бы надолго потерял к нему доверие.
– Думаете, из-за этого?
– Нет, Джером. Не из-за этого. Слишком мелко и слишком ненадежно. А о причинах я хотел бы услышать от вас. Какие предположения?
Джером с Крейсом снова переглянулись.
– Все зависит от того, как быстро хотели использовать Корта. Сразу после похищения или спустя какое-то время.
Володя покивал, потом поднял руку, заставляя всех замолчать.
– Если бы я играл за другую сторону… я бы решил похитить Корта в том случае… да, пожалуй… и неважно, насколько успешно будет это восстание… Само похищение вполне могло удастся, если бы служанка не решила проявить инициативу с отравлением и если бы Аника не узнала бы яд. Да и о качестве похитителей как воинов тоже много чего можно сказать: пацан похищает у них оружие, убивает часового и сбегает с девочкой. Воины такого никогда не допустили бы.
– Никто из них, судя, по всему, не воевал. Все из дворян, но из тех, кто больше крутился при дворе, – отозвался Джером. – Только граф имел кое-какой опыт боев, но он просто устал, все это время он подготовкой занимался и от усталости вырубился. Но все равно не вижу смысла похищения. Если бы это был только граф Дорейский, я бы понял, но кукловод этот непонятный… зачем?
Володя поднял голову.
– Вариантов немного. Любое восстание бесперспективно если только…
– Если только? – заинтересовался Джером.
– Если только оно не служит отвлечением от чего-то более важного. Если бы я хотел занять нового герцога на какое-то время, чтобы он не отвлекался больше ни на что, то сделал бы примерно так же. Сторонников старого герцога тут еще много. От выступлений их сдерживает страх моих войск и страх за тех, кто служит у короля в войске. Если некто пообещает, что с королевскими заложниками ничего не случится, то восстать могут и рискнуть, тем более, если есть знамя.
– А как же вычеркивание рода Тиндом из свитков? – Это Крейс.
– Вот это и интересно… Как вычеркнули, так могут и вписать. Но Артон никогда их не простит. Вывод?
– Готовится переворот, – кивнул Крейс. – И занять вас на это время, как самого верного сторонника короля становится жизненно необходимым.
– А зачем так мудрить с похищением, вот чего не пойму? – всерьез озадачился Джером. – Если все дело в вас, ваша светлость, то не проще ли убить вас? Отравить там…
Крейс хохотнул.
– Четыре. Джером, мои люди предотвратили уже четыре попытки отравления, правда, они не были связаны со столичными делами, местные мстители постарались, но, полагаю, интересующиеся об этих попытках знают. Нет, так просто к милорду не подобраться. Со служанкой это единственный мой прокол, – Крейс помрачнел. – Но от нее я ничего такого не ждал, урок для меня. И Кбить милорда не так-то просто, один он редко куда ходит, но и без того, он на равных сражается с лучшим клинком королевства графом Танзани.
Насчет «на равных» Володя бы поспорил… но не стал. Приятно. Впрочем, отвлекаться некогда, он развернулся и прошел за стол.
