— …словом, — вздохнула Валентина Георгиевна, — в какой-то момент Марина даже уходила из дома, жила у Голубинских. Я уже упоминала, что родители Регины обожали ее какой-то… я бы сказала, куриной страстью, ей позволялось буквально все! О ее дальнейшей судьбе, после того как она с грехом пополам получила аттестат, я знаю очень мало. Но если верить Кате Нечаевой, с Мариной они так и не расстались, несмотря на то что мать вернула девушку домой и даже заставила ее выучиться в институте…
Директор помолчала и наконец завершила свой рассказ:
— В общем, по натуре Марина — человек слабый, кроме того, истеричный. Пожалуй, именно этим и определяется ее поведение, на мой взгляд. По-моему, это и есть главное, что о ней можно было сказать тогда, когда я ее знала.
— Спасибо вам огромное, — от души произнес Валерий. — Вы даже не представляете, как нам помогли. Если у вас сохранился адрес не только Нечаевой, но и Голубинской…
Валентина Георгиевна кивнула:
— Вполне возможно, хотя гарантий дать не могу… Сейчас попрошу Сашеньку — это моя секретарь — заглянуть в архив…
Вячеслав Иванович Грязнов широко улыбнулся Турецкому, едва переступив порог его кабинета. В ответ Александр Борисович, иронично изогнув правую бровь, поинтересовался:
— Ну и в честь чего ты сияешь, как новенькая копейка? Заодно хотелось бы узнать, на какого это Ситникова ты просил меня выписать пропуск и где в данный момент этот господин Ситников обретается?
— Я к тебе, Саня, сегодня с сюрпризом, да еще с каким! — Грязнов-старший усмехнулся и почти что промаршировал в сторону своего любимого кресла под заинтересованным взглядом друга. — Да… А господин Ситников в данный момент обретается в твоей приемной, где Наташенька, дабы скрасить ему ожидание, поит нашего главного свидетеля чайком…
— Как-как-как ты его назвал?.. — прищурился Турецкий. — Главный свидетель?.. Слушай, Славка, кончай выпендриваться, времени на это просто нет: давай колись!
— Ну ладно, может, и не главный, но… Все-все, не смотри на меня как солдат на вошь! И так работаем в наступательном режиме… Короче, Саня, если ты не в курсе, неподалеку от Калеников, если точнее, в двух километрах, находится станция с тем же названием…
Турецкий кивнул.
— В утро взрыва, примерно минут через десять — пятнадцать после него, железнодорожный рабочий Ситников Игорь Викторович возвращался с ночной смены домой — в деревню Ивановка, расположенную сразу за Калениками. По причине ясного и солнечного утра шел не торопясь, естественно, по хорошо утоптанной дорожке, ведущей к Каленикам и Ивановке и возле поселка, примерно в полукилометре или чуть больше от него, пересекающейся с шоссе.
Александр Борисович пододвинул к себе лежавшую у него на столе карту и в дальнейшем, слушая Грязнова-старшего, время от времени сверялся с ней.
— Как ты понимаешь, особо бодрым после ночной смены Ситников себя не чувствовал, двигался расслабленно. В том месте, где станционная дорога и шоссе пересекаются, трасса делает поворот… Нашел это место?
— Есть, вижу…
— Движение по шоссе ранним утром не слишком оживленное, поскольку весь народ у нас в данный час сонный, мысль о предстоящем рабочем дне мало кого вдохновляет. Словом, достигнув упомянутого перекрестка, Игорь Викторович, как и положено, поглядел по сторонам и, убедившись, что никаких авто ни слева, ни справа не наблюдается, спокойно, не торопясь двинул через шоссе…
И вдруг, совершенно внезапно, как утверждает он сам, «словно черт из коробочки», со стороны поселка на полной скорости прямо на него вылетает синий «субару»! Ситников утверждает, что спасло ему жизнь, во-первых, чудо, во-вторых, рефлекс, приобретенный в те времена, когда он играл за вратаря в местной футбольной команде. Словом, выскочил он на другую сторону шоссе буквально из-под колес, одновременно произнося все народные фольклорные словечки, какие только хранились в памяти начиная с первого класса. Чудом удержался на ногах, как ты понимаешь, потрясая вослед несостоявшемуся своему убийце кулаком.
— Славка, — не выдержал Турецкий, — ты хочешь сказать, что он запомнил номер?!..
— Именно это я и хочу сказать! — торжественно провозгласил Вячеслав Иванович. — Правда, не до конца, но и те три цифры, которые запомнил, расставили точки над «и»… А в итоге, думаю, мы имеем все основания для — пусть пока что временного — задержания Слепцова!
— Старшего или младшего?
— Я бы сказал — обоих!
— А вот теперь стоп, Слава… — Александр Борисович откинулся на спинку стула и прищурился.
— Нет, не стоп! — перебил его Вячеслав Иванович. — Я тебе еще не все сказал. Ситникова нарыли мои опера, сам же я, как тебе известно, общался вчера с командиром части, в которой служит младший Слепцов. Кстати, в чине капитана…
— И что?
— Приобретенные ими автоматы «клин» оказались на месте — все. И в данный момент все они изъяты и отправлены на экспертизу. Дело, однако, в том, что еще пару лет назад Федор Степанович Слепцов служил не где-нибудь, а как раз в войсках спецназа, в их составе он и провел шесть месяцев в Чечне. Как думаешь, под чьим началом?..
