Бауэрстоун технически является вражеской территорией, ведь тюрьмой прилежащей к ней управляет Валет…управлял, ведь там больше никого нет. А Эльвира в сговоре с Валетом. У меня была надежда, что её куриные мозги додумаются, что предавать и подставлять меня, очень плохая идея. Если она не хочет мне подчиняться, сохранив при себе власть над Бауэрстоуном, значит будет моей безвольной рабыней на цепи.
У меня в наличии осталось почти семьдесят солдат и ещё тридцать в резерве, но даже их хватит на осаду Бауэрстоуна. У города сравнительно скромная защита, охранные немного, где-то под сотню, да и если отрезать город от моря и осадить все ворота, можно взять Бауэрстоун измором.
Я телепортировал армию и себя близко к городу. Первым делом, я устроил диверсию, тихо проникнув в город и сломав Врата Куллиса, дабы Эльвира не могла сделать запрос о помощи в Гильдию. Затем я прошёл в порт и поджег все корабли с лодками
и пока прибегающие моряки, пытались всё это потушить, я телепортировался обратно за город. Половину солдат, я перенёс к северным воротам, а я с остальной частью армии осадил южные ворота.
Вскоре стражники на стенах города, заметили не многочисленную армию странных людей в демонической броне и протрубили тревогу. Через час, из южных ворот вышел тот самый шериф, которого я как-то заковал в льдины.
Я же в это время, вальяжно расселся, на резном стуле в палатке, который вместе со стульчиком любезно притащили мои слуги.
— Какая встреча. Помнится, я остудил вас, когда леди мэр отдала необдуманный приказ. — с улыбочкой, закинул я одну ногу на другую, а по бокам от меня стояли два массивных воина в рогатых шлемах, чтобы подкрепить свой авторитет.
— Да…милорд, что вам угодно от нашего славного города? — спросил напряженный обстановкой мужичок.
— Всё очень просто, я хочу вернуть свою рабыню. — спокойно ответил я.
— Рабыню?
— Да, моя утонченная и красивая рабыня — Леди Эльвира Грей. Я хочу свою непокорную рабыню…а и ещё, чтобы сдали город в моё владение в течение нескольких часов, иначе я начну полномасштабную осаду. — выдвинул я свои требования.
— Леди Грей не рабыня, а мэр нашего добропорядочного города. — возразил он, хоть и понимал, что это может стоить ему жизни.
— Я даю два часа. — проигнорировал я его слова. — Если вы не сдадитесь за это время, и не вернете мне убийцу собственной сестры, прольется очень много крови. — закончил я и мои глаза, вместе с глазами воинов из под шлемов, засветились кроваво красным светом.
— … — шериф мигом вытянулся по струнке и испуганно убежал обратно к воротам, быстро забежав за них.
Ожидаемо, что через два часа они не стали сдаваться, и я начал осаду. Когда мои солдаты стали приближаться к стенам, стражники Бауэрстоуна стали в них стрелять из луков и арбалетов, но их стрелы беспомощно бились о щиты и броню демонических солдат, а если и попадали в тела, то раны на них всё равно быстро заживали. А вот у стражников подобной брони и регенерации не было, оттого они очень быстро умирали от стрел моих лучников.
Осадная компания проходила очень успешно, солдаты перебили всех на стенах, а это где-то четверть всей стражи и по моей команде встали смирно, и более не наступали. Мы стали ждать, когда людям в городе надоест это и они сами выдадут мне Грей с городом на блюдечке, а в моей не наступательной осаде, они продержаться меньше недели, прежде чем у них закончиться продовольствие.
К ночи, на стены подоспела подмога и мою армию стали пуще прежнего отстреливать болтами и стрелами, а демонические солдаты отвечали. Я же тратил это время с умом, тренируясь в превращении драконида. Как оказалось, я могу, как наверно и любой другой дракон, выдыхать сгустки пламени, правда у меня всегда получалось инфернальное красное пламя, ну да ладно, так даже круче.
К утру, когда новую партию стражников перебили, как и прежних, очевидно что сама Грей сдаваться мне в руки не хочет, но и сбежать никак не сможет. Она в отчаянии и не знает, что ей делать, оттого не может принять единственно верное решение, настраивая людей в городе, и без того недовольных ей, против себя.
Когда начало темнеть, из-за ворот вышел знакомый мне, чернокожий в броне. Громобой, он же брат Уиспер и подкаблучник Леди Грей.
— Надо же. Эльвира настолько напугана, что послала свою самую легкомыслящую пешку. — усмехнулся я и встал с импровизированного трона, пройдя к центру поля, куда же направлялся и Громобой.
— Ты сам выбрал, где встретить своө смерть. — процедил он сквозь зубы, встав напротив меня. — Деревенскому выскочке, я не по зубам. Даже если ты друг Уиспер.
— И что это значит? Можно на человеческом говорить черножопый пень? — оскорбил я его, чем вызвал на его лице переполняемый гнев.
— Я вызываю тебя на дуэль за честь Леди и свободу Бауэрстоуна! — гневно ответил он, обнажив своё оружие и щит с вырезанным лицом зверя.
— Не знаю, какую лапшу тебе вешает на уши моя рабыня, но ты чересчур туп, раз веришь каждому слову этой шлюшки. — оскорбил я и Эльвира, и лицо Громобоя теперь переполняла и злоба за даму сердца.
