Воля Горы полностью

Открывать глаза не хотелось. Лежать было так удобно, теплый камень компенсировал наготу. Наготу? Авалон моментально вспомнила все, открыла глаза и села. Она по-прежнему находилась в хрустальной чаше, живая и невредимая. Вокруг стояли безликие держа в руках одежду, еду, обувь, какие-то плети и свитки. Верхняя чаша была пуста. Совсем. Ни скелета, ни обгорелых останков, о которых шептались служанки.

Девушка медленно встала и один из безликих подал ей руку, второй поставил к ногам расшитые золотом и камнями мягкие туфельки, третий накинул на плечи халат по роскошности сравнимый с придворным платьем. Бриллиантовая корона на голову, плеть и камень вместо скипетра и державы, выход к подданным. Нижайшие поклоны, заискивающие улыбки, праздничный пир в главном зале и лебезящий голосок невысокого толстячка:

– Кого Госпожа Горы пожелает увидеть в своих покоях сегодня ночью?

Авалон вздрогнула и огляделась: за роскошным столом собрались все обитатели замка. Окорока, колбасы, пироги и сыры украшали тяжелую сборную столешницу. Высокие кубки с вином, кружки с пивом и легким медовым напитком, сдобренным пряностями, изюм и пряники для детей, воздушные белковые шарики для стариков, все веселились и пировали, отмечая появление новой Госпожи.

Тихо сидел только гаремный угол. Там ждали перемен. Вкусов новой повелительницы еще не знали. Уцелеют ли изнеженные юноши и девушки? Разбалованные сытой жизнью они за редким исключением не годились к другой работе. Прежде при смене Господина случалось всякое – гарем всем составом отправлялся на рынок, или в ущелье, чтобы не напоминать Господину о прежней жизни. Порой новый владелец замка жестоко мстил тем, кто обижал его, украшая зубцы стены телами, а порой отпускал всех рабов, желая убрать дух прежнего хозяина.

Все это шепотом пересказывалось за столом со множеством ужасающих подробностей. Слугам изгнание не грозило, замок нужно обслуживать, готовить и стирать, кормить лошадей и топить печи, здесь всегда найдется работа, а вот гарем…

Авалон понимала, что запускать ситуацию нельзя, поэтому повернулась к управляющему гаремом и сообщила:

– Сегодня у нас праздник, а завтра с утра я желаю обойти весь гарем, и лично определю судьбу каждого. Этой ночью мне не нужен никто!

Толстячок смутился. Первый выбор важное действие. Он не знал, что происходит в покоях, но часто именно первые партнеры после избрания становились любимцами. Хитрый слуга уже присмотрел парочку послушных рабов и рабынь, которыми легко сможет помыкать, выбивая из Госпожи разные приятности для себя и «приближенных».

Пристальный взгляд юной Госпожи полнился такой смертной тоской, что управляющий счел за благо отойти прочь и сесть за стол с «коллегами» – банщицами, куаферами и портными.

Вскоре Госпожа пожелала вернуться в свои покои, и за столами вновь вспыхнуло беспокойство: как не готовься к переменам, они все равно приходят неожиданно.

Захлопнув дверь, девушка сползла по ней на пол, и закрыла глаза, чувствуя, как тяжело бьется ее сердце. Повелитель Горы ушел, оставив ее одну и от этого хотелось плакать, но нельзя было показывать слабость даже себе самой. Авалон открыла глаза и вздрогнула: рядом стояли Безликие, безмолвно ожидая приказаний.

– Помогите мне встать, – излишне громко и резко сказала она, вспоминая, как Господин управлял этими странными слугами лишь жестами и короткими междометиями. – Унесите украшения!

Тут девушка заметила небольшой столик у самой двери и вспомнила, что повелитель бросал туда галстучную булавку, запонки, иногда пояс с крупной драгоценной пряжкой. Теперь она повторила его действия со смесью печали и радости: сняла корону, бросила на столик плеть и крупный алмаз, и вздохнув легла в постель, спрятанную в нише. Это было ложе, усыпанное подушками, на котором они спали вместе с Господином, только теперь его застелили чистыми льняными простынями и добавили теплых одеял, Авалон мерзла.

Стоило ей лечь, укрыться и закрыть глаза, как кто-то ощутимо толкнул ее в бок. Девчонка-Гора сидела на краю ложа и болтала ногами. Госпожа закусила палец, чтобы не вскрикнуть, и медленно выдохнула:

– Приветствую, Гора, – ровно сказала она, сдерживая бешеный стук сердца.

– Привет! – девчонка осмотрелась и фыркнула: – а где ремонт? Роскошные занавеси, подушки и курильницы?

– Зачем? – удивилась Авалон.

– Просто так, – хмыкнула девчонка, – каждый Господин спешит изменить покои, иногда получается довольно забавно.

– Меня все устраивает, – пожала плечами девушка.

– Ты скучная! – ткнула в нее пальцем девчонка, – почему? У тебя есть власть, – тут Гора прищурилась и у новой Госпожи мороз прошел по коже: – можешь запороть всех девок из гарема, которые спали с прежним Господином. Или парней. А еще где-то в замке есть сокровищница, можешь выложить бриллиантами все стены, или нацепить на слуг золотые ошейники…

– Мне все это не нужно, – Авалон с трудом сохраняла спокойствие, чувствуя, что недовольство Горы передается всему замку легким гулом подземелий.