Вообще, встреча в море двух правителей — это вам не какая-то встреча на плоту Александра Первого и Наполеона Бонапарта. Подумаешь, загнать плот на середину реки! А вы попробуйте устроить рандеву на судне, идущем из Марселя в Одессу под швейцарским флагом. Не знаю даже, имеет ли Швейцария свой флот, но флаг на корабле никто не отменял. А само судно, так вообще бельгийское. Бельгия в войне не участвует, никаких пактов не подписывала. А разговор велся не с властями худосочного королевства, а напрямую, с капитаном. Ему заплатили много, даже слишком, чтобы он и команда, дали клятву что будут молчать до скончания века. А нет, так не только у меня имеется свой Судоплатов, но и в Турции есть что-то подобное, а может и хуже.
На нашем корабле, что хорошо просматривалось бы в бинокль, сейчас нервничает и поминает меня соленым флотским загибом адмирал Столетов. Адмирал мне не говорил, но наверняка, где-то неподалеку барражируют и подводные лодки, готовые по первому сигналу ринуться в бой. А неподалеку торчат два турецких сторожевых корабля. Надо полагать, там свой адмирал нервничает и проклинает глупость султана.
И требовалось-то подойти к судну, спустить шлюпку, а потом вскарабкаться наверх. Блин, ну кто же такую дурость придумал? Слабое утешение, что я сам и придумал, а султан поддержал затею.
М-да, дела. Будут потом историки ломать головы — почему султан с императором решили организовать встречу в Черном море, в нейтральных водах? Те, кто поумнее — поймут, а нет, так не моя забота.
Султан терпеливо ждал, а я слегка замешкался. Или не слегка? Вишь, уж слишком тесная перчатка попалась. Я даже кивнул его султанскому величеству — мол, руку-то можно опустить. И, только Омар Фарук опустил, как моя перчатка соскользнула с ладони, а я немедленно протянул свою длань.
— Рад вас приветствовать, ваше величество!
Омар Фарук слегка скривился, потом улыбнулся, протягивая руку в ответ. Что ж, первый раунд переговоров я выиграл, хотя и не совсем честно. Но я же здесь не при чем? Ну, посудите сами, разве я мог пожимать протянутую руку, если не снял перчатки? Вот-вот… Наверняка все мужчины знают, что первым протягивает руку тот, кто старше. Да, по возрасту Омар Фарук меня постарше, раза в два, но дело-то не в календарных годах, а в другом. Если бы я был частным лицом и здоровался с турком зрелых лет, то тут дело другое. Если бы я принял его руку, отвечая на рукопожатие, то признал бы старшинство Османской империи над Российской. Мелочь, хотите сказать? Не думаю.
К счастью, неформальная встреча исключает и почетный караул, представляющий все рода войск, и торжественные речи. И слава Богу! Нам бы теперь спуститься в какой-нибудь кубрик, каюту, да и поговорить по душам.
Донельзя озабоченный капитан корабля сопроводил нас к трапу, потом повел вниз, в каюту, возле которой стояла охрана. И я не доверяю туркам, да и они мне. А отчего я должен им доверять? Да вся история государства Российского сплошные войны. То с поляками бьемся, то со шведами, то с французами. А уж сколько было войн с Османской империей, не каждый историк ответит с ходу. Сколько их было? Не то двенадцать, не то больше.
Примечательно, что юная турчанка последовала за нами. Переводчица она что ли? Хотя какая переводчица, султан не хуже меня говорит по-русски. Может личная служанка… Да и ладно, мне сейчас не до служанок.
Я огляделся.
Каюта чистенькая, но уж очень аскетичная обстановка. Стол, два стула и небольшая скамейка в углу прикрученная к полу, на которую уселась девушка, скрестив ноги по-турецки. К слову, стол со стульями тоже прикручены. Видимо чтобы не падали от качки.
Кроме выше озвученной мебели, в комнате ничего больше и не было. Могли бы кофейник сообразить, я бы от чашечки кофе точно не отказался. Ну, если кофе нет, то обойдусь. А алкогольные напитки я пью редко, а туркам их вообще пить нельзя. Вроде бы… Но ведь всё равно пьют.
Игнорируя искоса поглядывающую на меня девушку, я принялся рассматривать султана, стараясь, чтобы это не выглядело уж слишком явно. Но и он рассматривал меня.
Омар Фарук выглядел типичным турком — среднего роста, смугловатый. Правда, фески нет, но глаза, как и положено, хитрые. А какие должны быть глаза у османа? Либо злобные, либо хитрые. Штампы, прошу прощения, штука въедливая. Думаю, и я выглядел в его глазах белокожим северным варваром, собирающимся хоть в чём-то его да обмануть.
Мы постояли, посматривая друг на друга, потом султан начал:
— Ваше величество, вы, безусловно, удивлены тем, что я предложил вам встречу тет-а-тет.
Удивлен ли я? Безусловно, тем более, что со стороны султана не последовало никаких разъяснений — а по какому поводу намечается встреча? Обычно, где-то на уровне министров иностранных дел идут согласование и, даже черновики договоров уже бывают готовы. А здесь, все с бухты-барахты. Или нет?
