Хотя, тот факт, что мы зимой объявили мобилизацию, не прошёл для нас даром. Переполошились все. Про французов и так понятно. Они уже год со дня на день ждут, когда Россия начнёт истреблять французский народ. Но подключились и другие страны, разгоняя панику и сея смуту о том, что Россия мобилизует войска и что вопрос времени, когда она пустит свою военную мощь в дело. И тут есть один лишь момент, требующий особого внимания — кто окажется первой целью беспощадной машины Российской империи? И этот вопрос не давал покоя не только простым гражданам, чьи умы были затуманены прессой и пропагандой, но и большим политикам. И они теперь на всё пойдут, лишь бы развести Россию и Турцию в стороны, не дать им объединиться. Будут всё делать для того чтобы дискредитировать эти страны друг перед другом. И, надеюсь, мы с Омаром Фаруком оба это понимаем. По крайней мере, я думаю так, и молюсь что он не поддастся на очередную провокацию. Да и я не собираюсь допускать глупостей. Повторюсь, нам остаётся только надеяться, что мы сможем удержать наш союз и будет чудом, если не развяжется мировая война в скором времени. Да, на самом деле тут и надеяться-то не на что. Мировая война — это вопрос времени. Боюсь, что напускным конфликтом Франции и Англии всё не ограничится. Опять же, не стоит забывать про те документы, которые добыл Фраучи.
Да, этих документов и в моём времени хватало. И есть немалая вероятность, что большинство из них были подложными или просто теоретизированием, однако это только подтверждало мысли, что нельзя ни в коем случае расслабляться и останавливать действия по укреплению своей границы и наращиванию военной мощи.
Опять же, теперь Россия в ответе не только за себя, но и за своего нового союзника. Надо только поднять вопрос с султаном Османской империи и моим нынешним тестем — планирует ли он заниматься наращиванием военной силы?
По приезду в Петербург мы практически сразу отправились в Царское Село. Во-первых, полёты на современных самолётах оказались не столь комфортабельными, как в моём времени. По крайней мере, я очень сильно устал и вымотался. Однако София на удивление была полна сил и решила приступить к своим обязанностям. Как минимум, ей было необходимо набрать штат фрейлин. Помня о курьёзных ситуациях с прошлой невестой, я рассказал Софии и про кота с его проказами, и подрывной деятельности против Эдиты-Марии, а также про Анну Титову и её интриги. А также про слухи, которые распустили придворные о том, что Анна Титова моя любовница, и как на это отреагировала Баварская принцесса.
Кроме того я рассказал жене о том, что у Титовой оказался интересный дар, и что я отправил её учиться к Фраучи.
София с удивительным энтузиазмом поддержала идею сделать Анну своей фрейлиной. Более того, она порекомендовала мне сделать всё, чтобы при дворе все прознали, что Анна и вправду является моей любовницей.
Я посмотрел на неё, округлив глаза. Как минимум, это бросало тень на неё, как на мою жену. Однако София меня успокоила.
— Поверь, я успела присмотреться к вашим подданным, и в коварстве и хитрости они немного не достают до изощрённости чиновников при дворе моего отца. — заверила она. — И у меня самой была хорошая школа. — здесь она улыбнулась и положила головку мне на плечо. — Я ведь вижу, как ты на меня смотришь, и что тебе не нужны любовницы. По крайней мере, сейчас. А Анна очень интересная девушка, при этом идеальная мишень для желающих вести интриги против нашей семьи и Российской империи. Подумать только, она ведь твоя любовница. А ещё она дочь начальника императорского кабинета. Это ведь двойной выигрыш! А ещё она достаточно хитра, чтобы при этом быть моей фрейлиной. В моём народе говорят, что ничто не объединяет людей так, как их пороки и грехи. И все интриганы, прознавшие об этом, посчитают необходимым попробовать выйти на Анну и как-то использовать её в своих целях. Как в невинных интригах, чтобы, например, получить какую-то должность, так и в более крупных, чтобы навредить императорской семье. Так что я считаю это очень хорошая идея. Однако у меня всё же остался один вопрос, — спросила София.
— И какой же это? — приготовившись снова удивиться, спросил я.
— А почему у тебя только одна любовница. Почему так мало? — спросила она.
А я снова округлил глаза.
— Что значит мало? Мне и одной-то много, — удивился я.
— Для императора мало, — улыбнулась София, а затем нежно поцеловала меня в губы.
К выбору фрейлин мы подошли ответственно. Мы с супругой вместе описывали задачу Мезинцеву и Пегову проверять каждую желающую девушку досконально до третьего колена. Да и многие придворные захотят своих дочек определить.
— Проверяйте всё. Кто за ними стоит, кто родители, кто дружит с родителями, кто может повлиять, кто кому должен. Может, у девушек уже есть какие-то любовники. Особенно уделяйте внимание иностранцам. Чтобы ни одна не оказалась подставной. — приказал я Мезинцеву.
