Рядом с ним торчал его приятель в пуховике и вязаной шапке, держа в руках две студенческих сумки и чёрный пакет, в котором, судя по стеклянным позвякиваниям, лежали бутылки. Оба громко гоготали, как два гуся. Отучились, купили пива и поехали бухать в сауну. Хорошо устроились.
Ну что же, зря он довёл девушку до слёз и столько наговорил. И явно это был не первый случай, просто у других девушек не было таких парней, чтобы заступились. А если бы и заступились, папаша мажора сделал бы потом всё, чтобы устроить неприятности.
Но в этот раз он нарвался на меня. Их всего двое, у меня с собой пистолет, но оружие не понадобится. Только один урок, чтобы никогда больше не лез к Тамаре.
— Ща, поедем в одно место, — парень в кожанке достал ключи, отпил пиво и отшвырнул пустую бутылку в сторону. — К спортфаку заедем, там девахи есть, не такие вы***стые.
— Гимнастки? — мечтательно произнёс его друг.
— Для тебя найду тяжелоатлетку, хе-хе…
— Ну ты, Олежа, опять…
— Ты Олег Пешков? — спросил я, останавливаясь рядом с ними.
— Ну я, а чё? — парень в кожанке повернулся ко мне.
Глаза немного мутноватые, но это от пива, не от дури. Уже успел выпить после пар, а может, и прямо там, в институте. А чего, никто же не выгонит, вот и наглеет.
— Я друг Тамары, а она очень расстроилась из-за тебя. Зря ты так, парень. Придётся ответить.
— Зацени, Димон, — презрительно произнёс он, показывая на меня рукой с ключом. — Он чё, со мной разбираться пришёл? Да ты хоть знаешь, кто… а-а-а!
Зря он собрался ткнуть меня пальцем. Я схватил его за руку и выкрутил приёмом, который мне показывали Лёня и Вася Рудской, их любимым ментовским захватом.
Я упёр придурка в капот его машины, при этом услышал, как лоб стукнулся по металлу. Громко вышло. Парень заверещал и начал биться, как выброшенная на берег рыба. Я держал его крепко, чтобы не вырвался, при этом ещё раз случайно стукнув его лоб.
— Ты чё, ты чё⁈ — друг Олега выполнил какое-то странное движение ногами, будто то ли собирался убежать, то ли сплясать чечётку, и полез в карман.— Да ты чё? Да я тебя… ну-ка отпустил его!
Он достал пистолет, но не боевой, газовый. ИЖ-76, одна из первых таких моделей, таким давно никого не напугаешь. Да и в боевой он не переделан, видно по стволу.
— Ты в институт с таким ходишь? — спросил я. — Ну и дурак. Вижу, что газовый. Убери.
— Да мой отец, — тем временем пролепетал Олег, прижатый мордой к капоту. — Мой отец… знаешь, кто он?
Вместо ответа я вывернул руку ему сильнее, а парень вскрикнул и в очередной раз стукнулся лбом о металл капота с характерным гулким звуком.
— Как при ударе пустого по пустому, — я хмыкнул. — Ещё раз? А ты чего? Тоже хочешь?
Приятель Пешкова подумал, сравнил шансы и отошёл, пятясь спиной. А я наклонился к уху Олега.
— Если не дурак, сам поймёшь, что надо сделать. Так что сейчас пойдём к Тамаре, и ты кое-что скажешь. Не скажешь, разозлюсь. А пугать меня бесполезно, многие пытались, но ни у кого не вышло. Ну, что? Решил?
— Скажу, — просипел он, уже не пытаясь вырваться. — Извинюсь.
Я грубо поднял его и толкнул в спину по направлению к институту.
— Ну пошли. Скажешь добровольно, что нужно.
— При всех?
— А ты разве не при всех пасть свою открывал? Вот при всех и отвечай.
Расправу над Олегом действительно собралось смотреть много людей, даже те, кто торопились домой или в общагу, задержались посмотреть. Олежу явно здесь не любили, судя по тому, с каким оживлением все переговаривались.
Тамара, стоявшая рядом с БМВ, уставилась на нас. Я подпихнул Пешкова в спину, тот огляделся, потёр замёрзшее ухо и вздохнул. На лбу у него красная отметина, да и нос тоже опухал. Нежный он какой-то, будто я его пинал.
— Я… эта, короче, — пролепетал он, опустив голову. — Не хотел так говорить, попутал чё-то. Короче, Тома, извини, при всех говорю. Короче, отвечаю, не хотел так говорить. Извини!
— Ну я, — Тамара замялась. — Да я просто не ожидала. Я же тебе ничего плохого не сделала, чтобы такое выслушивать.
— Всё, проехали.
— Это я сам решу, проехали или нет, — сказал я.
— Извини, Тома, — простонал Олег. — Я не прав, извини.
— Достаточно извинился? — я посмотрел на Тамару.
— Да всё хорошо, Максим!
— Как скажешь. А ты, Олежа, вали.
В толпе бурно обсуждали увиденное, кто-то смеялся, а Олег затравленно озирался по сторонам, будто искал помощи. Нет уж, тут его отца нет, а даже если бы и был, всё равно пришлось бы извиняться.
Но дальше тратить время на мелкую гадину уже не хотелось. Я пихнул его в спину, чтобы валил. И даже ничего не сказал ему на прощание. И так провозился с ним дольше, чем он заслуживал. Если не дурак, поймёт, с кем связался. А если не поймёт, объясню ещё раз.
Но это не значит, что я не узнаю, кто его отец. Сюрпризов-то я не люблю, и всегда надо знать, кто точит на тебя зуб.
— А вдруг он отцу скажет? — испуганно произнесла Тамара.
— Даже если и скажет, — я показал ей на машину и приобнял за талию. — Ничего они не смогут. Но если что, сразу звони мне, приеду тебе на помощь. И говори им, что Волк приедет, разберётся. Они меня знают.
— Хорошо, — она шмыгнула носом.
