Даже Советы лордов стали организовываться при государе Фиорине по новому. Теперь советников рассаживали по рангу, наместников за отдельный стол, а остальных на ярусы лавок все в том же Песчаном зале. На месте каждого советника и наместника стояла табличка с указанием должности и имени. Киано досталось место по правую руку государя Фиорина – самое почетное, что могло быть. У каждого лежали листы бумаги и стояли чернильницы с очиненными перьями, дабы можно было записать ценные мысли и указания, кувшины с прохладной водой и стеклянные кубки. (суко, микрофонов не хватает и совета акционеров – авт.).
Киано все-таки умудрился не опоздать на Совет и вовремя занял свое место, успев поздороваться с соседями по столу. Теперь же он слушал приветственные речи и план заседания Совета. Первыми шли вопросы грядущего урожая, потом налоговых податей, потом вопросы наместничеств и только потом военные. Все первые три пункта были Киано глубоко неинтересны, но приходилось делать вид, что вопрос произрастания пшеницы в условиях Западных лесов неимоверно важен лично для него. Но как же изменилось его положение – он вспоминал времена, когда сам вел такие Советы, досконально разбирая любую мелочь, которая выносилась на обсуждение. Слава Единому – эльфам несказанно повезло с государем Фиорином!
Киано внимательно смотрел сквозь читаюшего свой доклад эльфа, ловя на себе насмешливые и изучающие взгляды. Ну конечно – мало того, что бывшего государя усадили на самое почетное место, так он еще и не соизволил выглядеть как положено потомку княжеского рода, высшему Лорду и перворожденному одаренному правом Граней. Ни от кого от разглядывающих не скрылись ни искусанные припухшие губы Киа, ни растрепанные, кое-как заплетенные в спешке косы, ни полурасшнурованный ворот атласной рубахи.
«Завидно, сволочи?» - оборотень естественно замечал эти взгляды, и одновременно ругал себя – где были его глаза, когда он в спешке прихватил Иррейнову накидку? Сиди теперь как чучело – накидка доставала ему до колен, в то время как должна была по этикету едва прикрывать бедра, открывая низ верхней рубахи. Интересно как вывернется Ирне с Киановой – ее не натянешь на могучие плечи.
Киано бросил искоса взор на Фиорина – князь сидел с каменным лицом, на котором была одета маска доброжелательности, но Киа было не обмануть, это выражение лица обозначало вообще то, что самому Фиорину посадки и трехполье были тоже до одного места. Они оба ждали только обсуждения военных вопросов. С пшеницей можно будет разобраться в более благополучные времена.
Фиорин же, скрывшись под маской, думал тоже о своем, далеком и от пшеницы и от Совета.
Странно сложилась его жизнь. Вроде бы и прожита как надо, он честно служил Западу, государю, заработав и богатство и славу, получив под конец подарок – княжеское звание, от того, перед кем был виноват больше всего. Женился – жена и сын любимы и желанны, но почему то чаще он думает о своем воспитаннике. Все эти годы ему плохо было без Киа – словно из привычного полотна жизни выдрали большой кусок. Славны были те времена, когда их было четверо – вздорный Нарнил, рассудительный Борг, сам Фиорин и нуждающийся в них Киано. Потом были этот проклятый корабль и война. Киано попал в плен, а Фиорин оказался заложником венца, своего слова и Совета. До сих пор он дергался, когда вспоминал о том решении Совета – ждать вестей и не вести переговоров с темными. Все надеялись, что Киано не убьют – меч не действует без его Хранителя. И как спасение в этом кошмаре бессилия стал Иррейн, посланный богами – чтобы прикрыть дыры в эльфийской совести. И если бы Фиорина спросили – кого он любит больше, сына или Киано, он бы не нашелся с ответом. Впервые в жизни.
Наконец закончилось нудное обсуждение урожая, перешли к налогам – тут тоже не было ничего интересного. Все проходило по системе разработанной еще при Киано и теперь только следовало определиться, готовиться ли к войне или нет, увеличивать или перераспределять сбор?
- Ты когда за жалованием придешь? Или опять сделаешь вид, что не знал? Советникам у нас содержание полагается. – шепнул Фиорин Киано.
- А что, доходы Имлара уже не учитываются? – так же тихо спросил Киано, - Вроде к нему часть отчислений идет?
- Нет, Имлар отдельно, не бойся, не голодает твой родич. А вот тебе приличная сумма накопилась. Мне переслать ее Тиннэху, сам не дотащишь.
- Часть выдай мне сейчас, половину переведи на содержание Аркенара, а остальное Тэнне пойдет, у нас как всегда, монет мало.
- Предпочитаете натуральный продукт?
- Мы же ничего не производим, кроме охраны. Да и в лесу и на Гранях деньги не нужны, сокровищница вроде не пуста, а лепешку купить у вас – медной монеты не найдешь. Все побрякушками с курганов завалено и оружием. Сироты мы с Тэнне, слезами ржаной хлебушек поливаем.
- Меркантильные вы зверьки, однако. Хорошо, на Гранин мы выпишем тебе расход.
