– Джейкоб, мне надо знать, сколько всего исчадий здесь, по соседству с нами. Полезно бы также узнать что-то о местности, о местоположении их лагеря, ну и прочее.
– Хочешь, чтобы я разведал?
Гриффин поколебался. Оба знали, насколько опасна подобная разведка, и Гриффин остро чувствовал, что просит Джейкоба Маддена рискнуть жизнью.
– Да, – сказал он. – Это очень важно. Разведай все, что они делают, какая у них дисциплина, ну, словом, все.
Мадден кивнул.
– А кто будет обрабатывать мое поле?
– Я пригляжу, чтобы все было сделано.
– А моя семья?
Гриффин понял недоговоренный вопрос.
– Как моя собственная, Джейкоб. Я позабочусь о них.
– Ну ладно.
– Еще одно. Сколько стволов мы забрали?
Мадден прикинул.
– Тридцать три ружья, двадцать семь… нет, двадцать восемь пистолетов.
– Мне надо знать, сколько у нас к ним патронов. Но это подождет до завтра.
– Не больше чем двадцать патронов на ствол.
– Да, не больше. Будь осторожен, Джейкоб.
– В этом можешь не сомневаться. Я теперь же и отправлюсь.
– Молодчина! – Гриффин встал и вышел из хижины. Луну затянули облака, и он споткнулся о бревно укрытия, больно ушибив голень. Миновал несуразную хижину Этана Пикока. Коротышка-книжник вел бурный спор с Аароном Фелпсом. Гриффин ухмыльнулся: некоторые вещи не меняются даже среди самых гибельных опасностей.
Войдя в свою хижину, он увидел, что Донна все еще сидит у очага, пустыми глазами глядя на огонь.
– Тебе надо бы поспать, – сказал он, но она не услышала. – Донна? – Он опустился рядом с ней на колени. Глаза у нее были широко раскрыты, зрачки казались огромными, хотя в них и отражался яркий огонь. Он потрогал ее за плечо, но она не шевельнулась. Не зная, как поступить, он остался на месте, нежно ее поддерживая. Через некоторое время она вздохнула, и голова ее склонилась. Он подхватил ее на руки и усадил в кресло. Она замигала, и ее взгляд стал осмысленным.
– А, это ты, Кон! – сказала она сонно.
– Тебе снились сны?
– Я… я не знаю. Так странно!
– Расскажи!
– Пить хочу, – сказала она, откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза.
Он налил воды в кружку, и несколько секунд она ее прихлебывала.
– С тех самых пор, как мы добрались сюда, – сказала она, – мне снились необыкновенные, странные сны. С каждым проходившим днем они становились все яснее, и теперь я уже не знаю, сны ли это. Я как бы вхожу в них.
– Так расскажи мне, – повторил он.
Она выпрямилась и допила кружку.
– Ну, сегодня я видела Йона Шэнноу на горном склоне. Он сидел рядом с исчадием. Они разговаривали, но слова были неясным бормотанием. Потом я увидела, как Йон вытаскивает пистолет… и вдруг – медведь. Но тут я словно скатилась со склона в какое-то каменное здание. Там было много исчадий, а на середине стоял мужчина, высокий и красивый. Он увидел меня, из него повалил дым, он превратился в чудовище и погнался за мной. Меня охватил ужас, но тут кто-то подошел ко мне и сказал, чтобы я не боялась. Он был очень невысокий – тот самый, которого я видела с Йоном в селении, когда он был ранен. Его зовут Каритас. Древнее имя, которое некогда означало Любовь, сказал он мне, а дымное чудовище не могло нас найти. И я перенеслась куда-то еще и увидела огромный золотой корабль, но моря нигде не было. Корабль стоял на вершине горы, а Каритас засмеялся и сказал, что это Ковчег. Тут все мои сны перепутались, и я увидела, как тысячи исчадий скачут к Ривердейлу, а Эш Берри пригвожден к дереву. Ужасно!
– Ты рассказала все? – спросил Гриффин.
– Почти. Я увидела, как Джейкоб ползет через кусты вблизи от каких-то шатров, но тут же я оказалась внутри шатра, и там кружком сидели шесть мужчин. Они знали, что Джейкоб приближается, и ждали его.
– Это не мог быть Джейкоб, он еще только сейчас собирается на разведку.
– Тогда останови его, Кон. Эти – не такие, как другие исчадия. Они – зло, одно зло.
Гриффин выбежал за дверь, бросился через расчистку, но в окнах хижины Маддена было темно. Гриффин побежал к загону позади нее. Лошади Маддена там не оказалось.
Он почувствовал, как его охватывает паника, и свирепо подавил ее.
Потом вернулся к Донне и взял ее руки в свои.
– Ты говорила, что можешь видеть тех, кто тебе близок, где бы они ни находились. Ты можешь увидеть Джейкоба?
Она закрыла глаза.
Ее мысли затуманились, и перед ней возникло лицо Йона Шэнноу.
Он ехал на серо-стальном мерине по горной тропе, которая вела вниз, в глубокую долину, усеянную озерами. У берегов озер плескались тысячи птиц, их стаи кружились в небе. Позади Шэнноу ехал исчадие с черной, расчесанной натрое бородой, а за ним – темноволосый мальчик лет пятнадцати.
Донна уже собралась вернуться, когда ее душу ожег ледяной ужас. Она взмыла высоко над деревьями и увидела ИХ менее чем в четверти мили позади Шэнноу – тридцать всадников на высоких конях. На них были черные плащи и шлемы, скрывавшие лица, и они быстро сокращали расстояние. Небо потемнело, и Донна увидела, что ее обволакивает туча, которая сгустилась, затвердела в два кожистых крыла, и они сомкнулись над ней.
Она закричала, попыталась вырваться, но тихий, почти ласковый голос прошептал ей на ухо:
