— Побыстрее приезжайте, — буркнул Линев. — Тут сейчас ужас что начнется: появится куча родственников ниоткуда, чтобы поделить наследство, а кроме того нарисуются господа от власти, чтобы подгрести под себя все, чем владел покойный мэр, и тогда мне одному не выдюжить. Сильны они, суды под ними ходят и прокуратура, я это по прошлой службе хорошо знаю.
— Я вас понял, — сказал Тихомир. — Сообщу, когда приеду, чтобы меня встретили.
— Хорошо, — в голосе начальника службы безопасности прозвучало облегчение, видимо, действительно, ему нелегко приходилось. — Буду с нетерпением ждать.
Буров озадаченно посмотрел на трубку, сунул ее в карман и отправился в монастырь. Внутрь его не пустили, привратник с сожалением сказал:
— Здравствуй, брат. Я рад тебя видеть, но игумен распорядился тебя не пускать без особых распоряжений.
— Я понял, — Тихомир сел на скамейку у ворот. — Сходи к нему, скажи, что у меня возникли особые обстоятельства, которые и его касаются. Лучше ему со мной поговорить, иначе он кое-что не узнает, а это может сильно повлиять на вашу жизнь.
— Схожу, мне нетрудно, — старик поковылял к лестнице. — Надеюсь, новости хоть хорошие?
— Нет, — крикнул Буров вслед монаху. — Хорошие новости не ношу, неинтересно мне это.
Минуты через две вниз спустился настоятель и подошел к окошку в двери:
— Здравствуй, странник. Мне сказали, что ты снова принес плохие новости.
— Почему снова? — удивился Тихомир. — Раньше я вообще не приносил никаких новостей. Такое в первый раз.
— Во второй, — игумен усмехнулся и открыл калитку. — В первый ты сам был плохой новостью, когда мы тебя нашли за воротами окровавленного и израненного. Ладно, заходи, поговорим.
— Не пойду, не буду твое распоряжение нарушать, — покачал головой Буров. — Раз назвал меня нежеланным гостем, то я таким и останусь, тем более что не мне это надо, а тебе.
— Пусть так, — вздохнул настоятель. Он вышел и сел рядом на скамейку. — Рассказывай свою плохую новость.
— Груздев умер, — сказал Тихомир. — Вероятнее всего, его убили, причем с помощью магии.
— Дрянное дело, — игумен поморщился и погладил левую сторону груди. — Сердце болит. А новость действительно плохая. Николай был хорошим человеком. Не часто, но иногда он нам помогал, в том числе и финансово. Я всегда мог к нему обратиться с проблемой, и он ее решал. Теперь будет труднее жить. Как ты узнал о его смерти?
— С помощью спутникового телефона, — Буров достал трубку и подал настоятелю. — Мне его Груздев дал для связи, могу подарить, мне он больше не нужен.
— Красивая игрушка, — игумен посмотрел телефон и подал обратно. — Забери, тебе она еще потребуется, а мы уж как-нибудь по старинке будем звонить, по обычному. Итак, Груздев умер. Но вероятно это не все, иначе ты не пришел бы. Что-то еще произошло?
— Его начальник безопасности, некто Линев, сказал, что нашел в бумагах Николай Петровича, записку, в которой тот просит в случае его необъяснимой или странной смерти, чтобы я взял под защиту его дочь Настю, — Тихомир посмотрел на солнце, которое как раз поднялось к середине неба. Хорошее сегодня вышло светило, теплое, летнее. — Денег мне оставил, чтобы я мог ими пользоваться.
— Мать Насти умерла при родах, — вздохнул настоятель. — Девочку воспитывали отец и бабушка, она ни в чем не знала недостатка, ее любили и баловали, теперь ей будет очень трудно жить. Она хорошая девочка, но абсолютно неприспособленна к сегодняшней суровой жизни. Груздев сделал правильный выбор, когда попросил, чтобы ты присмотрел за ней. Ты единственный, кому не нужны будут ее деньги, и ты по-настоящему сможешь ей помочь, у тебя есть прошлый опыт, ты воин, и ты умеешь решать сложные вопросы. Благословляю тебя на доброе дело!! Помоги ей.
— Подожди благословлять, — недовольно помотал головой Буров. — Ты даже не спросил, хочу ли я? Пока все выглядит очень неприятно. Ты отправил меня к Груздеву вылечить его дочь, а после этого на монастырь напали, причем только для того, чтобы меня убить. А когда я решил все проблемы, ты отказался меня видеть, и закрыл передо мной дверь обители. Все так — я ничего не перепутал? А что будет, если я возьмусь помогать этой девочке? Совсем меня проклянешь?
— Слаб я духом, — пробормотал игумен. — Помоги мне господь укрепить дух свой, чтобы принять все, что должно с чистым сердцем и ясным сознанием.
— Ты от ответа не уходи, — фыркнул Тихомир. — Проще говоря, ты меня направил в город, втравил в опасные дела, которые могли бы меня убить, а после этого отказался иметь со мной дело. А когда я все-таки выжил, ты снова отправляешь меня в тот же город. Интересно, что будет после того, как я вернусь? Отречешься от меня?