— Привал… — отдал команду Феникс, остановившись и присев на одно колено среди большого лесоповала, который мог послужить неплохим местом для временного места отдыха.
Группа начала медленно подтягиваться к фигуре вожака, когда посторонний шорох в стороне привлек внимание Димы: он быстро поднял автомат, развернувшись в направлении вероятного противника. Док, находясь чуть позади товарища, мгновенно выставил кулак, и «волки» быстро сравнялись с землей. Феникс же вглядывался в темноту леса: черные силуэты кустов и деревьев очень сливались в единое темное пятно. Чутье заявляло о ловушке и, сам он с большой вероятностью мог быть сейчас на мушке. Тогда почему не стреляют? И скольких «они» заметили из группы?
Дима перехватился оружие, приготовившись к стрельбе на подавление. Тело стало подобно сжатой пружине для падения во влажную траву. Вокруг снова нависла тишина, но оперативник понимал, что она фальшивая.
Показалось или там действительно кто-то есть?
— Что стоим? — прошептал в эфире Поляк. Он шел замыкающим после перегруппировки и всей картины в авангарде не видел.
Феникс медлил, вслушиваясь в поисках замаскированных звуков и шорохов. В какой-то момент глаз уловил еле заметное движение под одним деревом, и вожак демонстративно сбросил переключатель с автоматического огня на одиночку, примкнув к прикладу.
— Кем будете?! — сразу последовала ответная реакция с сильным акцентом.
Ипатьев насторожился. Взгляд бегал в поисках дополнительного секрета, а разум выстраивал логическую цепочку действий и фраз вероятного диалога.
— Хэй, хлопцы! — вмешался Док, медленно подойдя почти в полный рост к Диме и выставил руку. При этом он ловко имитировал произношение на местный диалект. — Ну шо вы так сразу! Свои же! Вечная слава! Вы чаво?!
Ипатьев ждал ответа. Приходило осознание, что такая импровизация может плохо закончиться. Это был первый вариант. А во второй трудно верится — неизвестные начнут диалог, а может что-то и сообщат интересное. Хотя риск умереть глупой смертью куда более очевиден.
Пауза начинала затягиваться: похоже, неизвестные вглядываются в темноту, пытаясь разглядеть количество «волков» или различительные знаки. Но в какой-то момент где-то в стороне на таком же говоре послышалось:
— Слава на века!
В ту секунду Феникс облегченно выдохнул — поживет еще пару часов.
— Во! Хлопцы! А мы все бродим и бродим. Аж замотались… — продолжил Воронин, приближаясь к Ипатьеву.
— Подходите, ждали вас! — фигура поднялась, возможно, на колено, ответив дружелюбно. — Как раз подоспели к ужину!
