Вероятно, диверсанты используют данный блокпост в качестве места перегруппировки и отдыха. А что — отдален от линии соприкосновения, перед ним нейтральная территория, скорей всего позиции неплохо укреплены. Исходя из мелкой стычки день назад, у «волков» где-то полдня разницы в движении, следовательно, либо диверсанты уже покинули блокпост и ушли в свободное плавание, либо все еще сидят там.
— Думаешь пройтись? — зазывающие, но в то же время как бы невзначай обмолвился Юра, украдкой взглянув на друга.
— Да… — задумчиво протянул тот. — Если не нагоним их, то узнаем, куда они ходят. А там отплатим им той же монетой — артиллерией.
— Вот мне уже нравится направление мысли… — удовлетворенно произнес Док, развернувшись вполоборота и сделав жест ладонью.
Из травы синхронно поднялись остальные «волки». Форма уже сильно загрязнилась, стала сальной от пота. Армейское снаряжение потеряло свой первоначальный оттенок, что создавало благоприятные возможности для быстрой маскировки в чащи. Только у одного бойца была сетка на лице, остальные пользовались камуфляжным карандашом. Правда, из-за длительного марша рисунок постепенно начал смываться.
Состав «стаи» был неполным: Барс отлеживался в госпитале после последнего артобстрела (скорректированного этими засранцами) с контузией, а Мьют словил простуду после трех дней дежурства в окопе с ручьем под ногами. На эффективность отряда это не сильно повлияло, но отсутствие братьев ощущалось. Мимо Дока и Феникса прошел с закрытым сеткой лицом Шут, за ним — Поляк. Они получили от командира направление движения и выдвинулись дальше под пристальным взором командиров.
— Вот сейчас и узнаем, насколько у нас вкачена удача… — бросил Дима, кивнув сидевшему позади с пулеметом Мертвецу.
Пять «волков» двинулись по следу. День сменился ночью, уведя уставшее солнце за горизонт. Общий путь составлял приблизительно четыре километра, но ввиду того, что группа двигалась медленно, прощупывая каждый потенциальный след, они растянулись на все десять. Усталость все сильнее напоминала о себе, сказывался сильнейший недосып. И тут еще товарищ Голод плавно передавал большой привет. Бойцы были измотаны, но молчаливо выполняли поставленную задачу. Шут и Мертвец несколько раз чуть не упали на ровном месте, при этом оба в унисон отказывались признавать свою усталость и продолжали движение вперед. Не в их характере отступать, а уж тем более бросать слова на ветер.
