— Давайте! Люблю тебя! Парням привет! И будьте аккуратны… — в голосе Маши послышалась тревога.
— Не переживай, малышка, все будет хорошо! Я тоже тебя люблю! Отпишусь при возможности! Пока!
И отключился.
С широкой улыбкой на лице мужчина выключил свой телефон, остановился около одной из машин. Изучив обстановку впереди, а затем — через боковое зеркало автомобиля — сзади, оперативник ловко извлек российскую сим-карту из гаджета и надежно убрал в рюкзак. Продолжая контролировать вокруг себя обстановку, подключил давнюю карту с местным номером и перезапустил телефон. Когда на экране отобразился оператор и лесенкой выстроилась сеть, майор вышел из переулка и свернул налево.
Впереди виднелось скромное кафе, перед которым были выставлены потрепанные от климата столики. Краски на стене уже выцвели от палящего ливийского солнца, смывая контуры замысловатых рисунков. За столиками сидели люди, в основном мужчины, о чем-то разговаривали, выпивали. Правда, непонятно что было в кружках, хотя у Дока в голове всплыла одна поговорка (если ее можно так назвать) — «утром выпил, весь день свободен». Над входом располагалась средних размеров простая вывеска с арабским названием, что говорило о семейном бизнесе.
Док поправил рюкзак на плече и направился к кафе, сунув одну руку в карман брюк. Казалось, что солнце начало сильнее припекать. Душновато, становилось жарко даже в легкой одежде. Хотя это намного лучше, чем в полной выкладке с автоматом наперевес.
