– Давайте быстрее! – крикнул Ягайло. – Долго она не удержит, здесь на троих рассчитано!
Он говорил на «медленной», мужской речи, но Айранэ слышала его совершенно отчетливо. Аванта держала какой-то рычаг – видимо, если отпустить, створки сразу закроются.
Сзади зашипело, и с потолка посыпались хлопья пены. Айранэ бросилась вперед и обнаружила, что на самом деле она предпоследняя – сзади был только Володя, поминутно оглядывающийся назад.
«Там же никог…» – только успела подумать Айранэ, когда сзади раздалась очередь и ее резануло по ногам, а в следующее мгновение Володя стоял над ней, уперев приклад винтовки в плечо, и стрелял короткими очередями.
– Быстрее! Быстрее! – орал Ягайло, вокруг Айранэ ложилась крупными хлопьями пена, а в голове было только «Вот и всё… Всё… Заканчивается…».
А потом она почувствовала, как ее подхватил на плечо Володя, обнаружила, что на втором плече – окровавленная Раннэ и они несутся вперед, а на рычаге висит с искаженным красным лицом и явственно выступающими венами Аванта, и рычаг медленно, но неуклонно сдвигается.
– Быстрее! – В голосе Ягайло прорезалась паника.
– Фла-а-а-а-ако-о-о-о-он! – кричал Володя.
Айранэ, проносясь мимо шипящей от невыносимого напряжения Аванты, увидела, что у той над лифом, между полами халата, висит черный флакон.
Не успевая даже подумать, что она делает, она схватила его, дернула, и этого оказалось достаточно для того, чтобы Аванта упала, а рычаг дрогнул.
Через мгновение Айранэ оказалась снаружи, она кувыркнулась вперед в клочьях вынесенной из бункера пены и поняла, что жива.
Обернулась – и увидела, что там, рядом с перерубленными дверью ниже колен ногами лежит Володя, а рядом с ним – безмолвная и в луже расползающейся крови – Раннэ.
Айранэ встала на ноги и поняла, что стоит – и не падает. Болью пронзало правую голень, но, судя по тому, что Айранэ могла на нее опереться, кость осталась целой. Рядом, хромая, встала Тиара.
– Флакон… Раннэ… – пробормотал белеющими губами Володя, слова скорее угадывались по губам, чем слышались.
Айранэ посмотрела на него, затем на Раннэ. Она могла сейчас влить флакон в его губы. Могла не использовать его – тем более что не знала, что там и зачем оно нужно.
Но отдать снадобье Раннэ? Этой сучке, попытавшейся украсть у нее Володю?
Айранэ на мгновение задумалась. Тиара тронула ее за плечо, потом села на колени рядом с Володей, достала жгут и начала перетягивать ему ноги под коленями.
– Давайте быстрее! Сюда едут милиция и самооборона! – заорал Ягайло.
Айранэ обернулась – он стоял на подножке вертолета, а позади него один из пилотов в смешном глазастом шлеме методично выбрасывал из салона коробки с «Черной серией». Голос едва доносился из-за шума винтов, но проблем с пониманием все равно не было:
– Я не хочу их всех тут положить!
Айранэ тяжело вздохнула и подумала: «Ну ты и дура». А потом сковырнула пробку и вылила снадобье в синеющие губы Раннэ.
А в следующий момент уже тащила ее в сторону вертолета, хромая на обе ноги, хотя особенно сильно болела правая.
Тиара оказалась быстрее – она закинула Володю в кабину, затем спрыгнула, подхватила Раннэ одной рукой, а второй за шкирку затащила Айранэ в уже поднимающийся в воздух вертолет.
– Молодцы, что порезали костюмы этих придурков, – услышала Айранэ в шлемофоне, едва Тиара натянула ей его на голову. – Я запомнил ваш запах. Из десятка этих тварей у двоих оказались прорехи. Было непросто, пришлось разыграть шахматную партию и провести своих пешек в королевы, но, если бы не вы, меня бы просто убили.
Айранэ видела, что жог смотрит на нее и медленно шевелит губами. Он говорил на мужской речи, но она прекрасно его понимала, хотя действие тарди уже закончилось.
Она ничего не ответила, ей было все равно.
Не имело смысла возвращаться домой.
Хорошо, что теперь у нее есть другой план.
– Это что такое? – уточнила Айранэ.
– Это станок, – ответила плотник, презрительно выпятив губу.
– Если это станок, то я страус!
Плотник обошла Айранэ по кругу, затем присела чуть в стороне.
– Жду, когда улетишь!
– Страусы не летают! – рявкнула Айранэ. – Балетный станок имеет стандарт! Метр десять верхняя планка и три четверти метра – нижняя! А здесь метр и шестьдесят сантиметров! Или ты переделаешь, или я не буду платить!
На Мадагаскаре, может, и была какая-то дополнительная свобода, может, и существовало особенное равенство, а также какое-то непостижимое сестринство, но пока что Айранэ отмечала только чудовищные, по-настоящему жоговые лень, глупость и непрофессионализм.
– Хочешь, я сломаю ей ноги? – уточнила Тиара, сидящая на груде матов, стянутых в центр зала.
Маты нужно было продать, раньше в зале занимались борьбой. А теперь будут – балетом. Айранэ выяснила, что многие матери хотели бы приучить дочерей к высокому искусству, но на Мадагаскаре в связи с равенством и свободой почти не было высших, а низших в других, менее сестринских странах к балету не подпускали.
– Мне нужны деньги, – заявила Тиара.
