Да и света сквозь нее и дыры в крыши пробивалось предостаточно. Очертания в темноте я разглядел сразу и на мгновение даже оторопел — настолько внушительными оказались габариты машины. Втиснуть ее в сарай, рассчитанный от силы на телегу и хранение всякой упряжи, определенно стоило шоферу немалого труда.
Металлическая громадина хищно поблескиваламом бампера, фар и решетки радиатора и будто приглашала поскорее устроиться в водительское кресло, чтобы прокатиться. Я не стал отказываться и поспешил пролезть между стеной и стальным боком авто, по пути разглядывая доставшееся мне сокровище. хро
Капот оказался длиной в несколько широких шагов — наверняка скрывал под собой мотор запредельных размеров и мощности. Впрочем, другой бы тут и не справился: весила машина Горчакова не меньше грузовика… а может, даже двух. Три пары колес вместо стандартных двух несли на себе груз брони, толстого стекла, способного выдержать попадание винтовочной пули и сидений, в которых, пожалуй, разместилась бы и целая дюжина пассажиров.
Определенно я такое уже видел. Несколько месяцев назад, летом. В тот самый день, когда мы с Юсуповым впервые встретились и пережили мясорубку на кладбище у Александро-Невской лавры. Его сиятельство упоминал, что таких машин сделали всего около дюжины.
И одна из них досталась Горчакову. Чудо инженерный мысли от завода «Руссо-Балт», модель «Варяг». Огромная, мощная, безопасная — настолько, насколько это вообще возможно. И запредельно дорогая игрушка сильных мира сего, для которых роскошь порой становится необходимостью.
Я плюхнулся на сиденье и принялся поспешно изучать кабину. Руль и педали мало отличались от тех, что были в любой другой машине, а вот рычагов оказалось примерно вдвое больше. То ли отечественные Кулибины поколдовали с коробкой передач, то ли дело было в необычной системе привода — на обе задние оси с возможностью переключения.
С такой техникой мне сталкиваться еще не приходилось, но руки будто бы сами знали, что следует делать. С щелчком потянули что-то, повернули спрятанный справа от руля ключ, и машина завелась. Звука я почти не слышал — скорее почувствовал вибрацию от двигателя, ожившего под капотом. Лошадиные силы просыпались не сразу, система подрагивала, втягивая воздух в еще не успевший нагреться карбюратор, однако я уже чувствовал кончиками пальцев мощь, которую не терпелось пустить в ход.
Шумоизоляция в «Варяге» была сделана на пять с плюсом, так что воплей и суеты снаружи почти не доносилось. Впрочем, я так прекрасно знал, что там происходит: солдаты услышали, как в сарае загрохотал мотор, и тут же забыли и про следы, и про дом, и про все на свете. Свет фонарей замигал со всех сторон, пробиваясь сквозь щели в стенах. Кольцо стремительно сжималось, и времени дать двигателю хоть как-то выровнять определенно не хватало. А когда через ворота внутрь полезла долговязая фигура с винтовкой, его не осталось совсем.
— Ну что, прокатимся, любезный? — усмехнулся я.
И вдавил газ до упора.
«Варяг» не просто сорвался с места, а прыгнул вперед, будто ему в задний бампер на полном ходу влетело что-то увесистое. Меня дернуло так, что голову на мгновение запрокинуло за спинку водительского кресла, а руки едва не выпустили руль. Инженеры «Руссо-Балта», хоть и обогнали своих коллег из моего родного мира лет этак на двадцать, еще не придумали турбину, прецизионную сборку, высокую степень сжатия смеси в цилиндрах и прочие высокотехнологичные штуковины, так что всю работу выполнял объем мотора.
И вот он-то здесь, похоже, оказался поистине монструозным — даже больше, чем я ожидал. Запертые под гигантским капотом лошадиные силы с легкостью подхватили несколько тонн металла с бронестеклом и бросили навстречу фигуре у ворот. Солдат выпустил из рук и винтовку и попытался прыгнуть в сторону, уходя от удара, но все-таки не успел: хромированный бампер ударил его по ногам и швырнул к кабине. Я будто в замедленной съемке наблюдал возникшее прямо передо мной лицо с распахнутыми от страха глазами. Похоже, парень звал на помощь. Или ругался, на чем свет стоит — рот раскрывался, но крики тонули в грозном реве двигателя.
Который через мгновение сменился оглушительным треском. Машина снесла ворота, вырывая петли из дерева, а за ними посыпался и весь сарай. Ветхая конструкция не выдержала и буквально сложилась, погребая под собой и незадачливого служаку, и нас с «Варягом». Впрочем, ненадолго: две пары колес вгрызлась в пол и без особого труда выталкивали стальную громадину наружу, под свет луны и бессчетных солдатский фонарей.
Когда раздались первые выстрелы, бедняга на капоте, наконец, сообразил, что цепляться за машину небезопасно и, разжав пальцы, скатился куда-то в сторону. Я на всякий случай дернул рулем, чтобы не проехаться по нему, и направил «Варяга» вниз по склону — туда, где было поменьше света.
