Николай действительно учился формировать своё мнение слушая выступления этого неизвестного ему человека. Он говорил не так, как в телевизоре. Всегда говорил коротко и по делу, Николай чувствовал, что нет причин не верить этому неизвестному, ему не за чем врать, такое он производил впечатление.
Своего имени, местонахождения и прочего он не называл, что было так же понятно, когда пытаешься говорить правду, приходится быть осторожным, потому что это кое-кому может не понравиться.
Вот так вот медленно двигался вперёд май. За это время все настолько привыкли к карантину, маскам, домашнему обучению, словно всё это было всегда, а между тем ещё не прошло и полугода.
Vl
На всю жизнь запомнил он этот день и то чувство, которое с огромной силой нахлынуло на него, и не отпускало очень и очень долго.
Это был самый конец мая. Малооблачный день. Сегодня утром Николай как обычно прогулялся по улице и в назначенный час уже ждал включив радио начало эфира волны 103.9.
На волне слышались только помехи. Это немного удивило Николая. Он ждал ещё полчаса, но никакого голоса не услышал, всё так же были только помехи. Неожиданно для себя Николай заволновался, у него потемнело в глазах. Он так привык к тому, что в это время начинался эфир, что его отсутствие даже немного напугало Николая.
Однако вскоре он взял себя в руки, решил, что один день ничего не решает и нужно ждать до завтра.
На следующий день то же самое, слышались только помехи. На третий день, когда ничего не изменилось Николай понял, волна исчезла. Это было так просто, волна исчезла так же внезапно как и появилась. Николая исчезновение станции с эфира поразило до глубины души. Он так привык каждый день слушать эту волну, что отвыкать от этого было больно, это он понял только через неделю.
Кончилась весна, началось лето. И вот тут наконец-то карантин стал ослабевать. Каждый день отменяли различные ограничения, назначенные весной. Люди постепенно возвращались к нормальной жизни.
На то было несколько причин: во-первых, как это не странно коронавирус действительно пошёл на спад, во-вторых, и это пожалуй было самым главным, близилось запланированное ещё в начале года голосование по поправкам в конституцию.
Масштабная рекламная компания этого события развернулась ещё в середине весны. Различные знаменитости вроде Олега Газманова или Владимира Машкова в специальных агитационных роликах на телевидении убеждали людей прийти и проголосовать за те, или иные поправки. Это должно было стать первое с 1993 года изменение конституции России.
Люди в стране, как это часто бывает разделились на два лагеря: тех, кто за поправки и тех, кто против. Основным аргументом противников поправок было всё возрастающее не доверие к правительству и президенту, зародившееся ещё два года назад, после проведения пенсионной реформы.
24 июня был проведён парад победы, перенесённый в мае из-за коронавируса, на следующий день началось голосование за поправки. В это время все как-будто забыли про «страшный вирус», о котором только и говорили меньше двух месяцев назад. В народе даже шутили так: «вирус впал в спячку, узнав о голосовании по поправкам в конституцию». В этой шутке была большая доля правды.
Особенно в эти дни это было ясно Николаю, а вместе с ним и Виктору. Николай, давно понявший, что вирус искусственный, готов был поверить и в то, что он «впал в спячку», и конечно не сам, кто-то помог ему.
24 июня в столице был проведён парад победы, отменённый в мае, а на следующий день завершилось голосование за поправки.
Совсем скоро кончился июнь, начался июль. Всё это время Николай был как-то особенно тосклив и печален, хотя и старался это скрывать. Всему виной была всё та же волна 103.9, Николай понимал, исчезла она не с проста, видимо с автором что-то случилось, но что? Он ведь даже не знал кто этот человек и откуда, как его зовут. Единственное, что пока удалось установить, это то, что этот человек жил в Ростовской области. Но ведь население области больше четырёх миллионов человек! Эти мысли были причиной тоски и уныния Николая.
Он снова стал работать, в магазине не далеко от дома работал продавцом. Возвращаясь домой вечером он доставал из письменного стола тетрадку, в которую записывал почти всё, что слышал на волне 103.9. «Власть явно скрывает настоящее количество заражённых вирусом». «Наступает время, когда уже никому нельзя будет верить», такими отрывками была заполнена тетрадь, которую с грустью перелистывал Николай, вспоминая о тех «хороших», как ему казалось, временах.
Виктор видел, что с его другом происходит что-то неладное. На его прямые вопросы Николай отвечал уклончиво, неохотно. Но вот однажды, это была уже середина июля, Виктор потерял терпение.
Значит, слушай сюда, – Сказал он решительно другу во время очередной встречи, – или ты мне сейчас же говоришь, что с тобой происходит, или я с тобой разговаривать перестану, и сюда можешь больше не ходить!
