Махнул рукой, отправив в нашу сторону одного из компаньонов.
— Контроль? — вопросительно, даже несколько неуверенно сказал охотник, но все же двинулся вперед.
— Контроль. — Подтвердил второй охотник, стоящий в сторонке. Главарь промолчал.
Идущий к нам на ходу достал уже знакомую мне ампулу, не опуская, держа одной рукой, винтовку, направленную все еще скорее даже на Шрама, чем на меня, и приготовился использовать инъекцию.
Я еще сильнее задрал голову и начал дергаться, чтобы хоть как-то оживить обстановку. Может быть, это заставит еще одного приблизиться.
Не помогло. Главарь и второй, оставшийся рядом с ним, лишь разошлись еще больше в стороны, чтобы лучше держать свои сектора.
Когда охотник с инъектором подошел почти вплотную, Шрам отпустил мои волосы, протянул к нему руку и сказал:
— Можно я сам вколю? Это почет для меня! — он еще сильнее вжал мне в затылок дуло и ударил несколько раз кулаком себя по груди. А потом снова просяще протянул руку.
Просьба, думаю, выглядела понятной. Охотник отрицательно помотал головой и сделал еще шаг. Наконец опустил винтовку и сдвинул ее на ремне за спину. Он готовился схватить меня, чтобы сделать инъекцию.
Где-то позади, словно из другого мира, Хакер негромко, но очень отчетливо произнес:
— Да все, я держу их каналы.
Я упал вперед, вытягивая прикрепленные за спиной ножи. Упал как ребенок на занятиях по гимнастике, перекатившись с коленей, через бедра, пах, живот и грудь. Делать такое без рук, которые рефлекторно хочется вытянуть вперед, тяжело, но после небольшой тренировки вполне возможно. Главное, в конце движения не свернуть себе шею или не сломать челюсть, поэтому на занятиях подбородок обычно отворачивают в сторону. Мне крутить шеей не потребовалось — вместо этого я использовал руки с ножами, чтобы остановить движение.
Один нож вошел в ступню охотника, второй чуть выше колена второй ноги.
Архитектор и Увалень выстрелили одновременно, но оба стреляли по тому, что прятался за камнем. Кто-то из них попал. Даже отсюда я увидел, как над макушкой снайпера вспухло кровяное облачко.
Если уж прячешься, не оставляй на виду части тела. В бою стреляют по всему, даже по костяшкам пальцев, случайно не убранным в укрытие.
Второго охотника убила Амазонка, не Шрам. Стрела вошла где-то чуть ниже горла, но выше ребер, и вошла глубоко.
Несколько пуль Шрама достали главаря, но не были смертельными. Он навел оружие, замешкался, потому что на линии огня все еще стоял первый охотник.
В принципе, мне нравилось место, где находился первый охотник. К сожалению, он тоже решил поучаствовать, поднимая руку с инъекцией. Я выдернул нож из его ступни, перенес нагрузку на второй нож, над коленом, а первый воткнул заново еще выше, в самый верх бедра той же ноги, у которой уже искалечил ступню. Потом всем весом нажал на оба ножа, заставив его ноги подогнуться. Охотник упал на колени, а я, тем временем, за счет этого нажима поднялся, тоже на колени, вернулся в ту же позицию, с которой все начиналось. Мы оказались вплотную друг к другу, наши глаза встретились.
Это слегка открыло Шрама у меня за спиной, но он тоже тут же присел, на корточки, в любимую позу Вождя, потом чуть перенес вес на правую ногу, чтобы открыть себе линию огня и продолжил палить в главаря.
Охотник, глядя мне прямо в глаза, начал говорить:
— Мы делаем свою работу в тени…
О, нет-нет. Я знаю, чем эти речевки заканчиваются.
Я выдернул второй нож и воткнул ему в руку, очень вовремя ее остановив — шприцу до моего предплечья оставались сантиметры.
— Что, совсем жить не хотим? — буднично спросил его я.
Увидел, на мгновение, недоумение в его глазах. Но это его почти не замедлило, он не сдавался. Потянулся второй рукой, чтобы перехватить инъекцию.
Я отпустил оба ножа, чтобы расплести руки. Воспользовался охотником как подставкой для ножей. Потом поменял руки. Выдернул нож из ноги и воткнул его во вторую руку.
Вождь, почти ползком, на четвереньках, по дуге бежал к главарю. В том сидело уже несколько пуль, но он бы еще жив. Холодная ярость, которую я увидел в его глазах даже на расстоянии, напомнила мне такую же ярость и злость в глазах белокурого ангела из моего наваждения. Мне пришлось умереть в тот раз, чтобы избавиться от подобной решимости.
Очень хотелось избежать такой же участи в этом мире.
Главарь начал поворачивать дуло, чтобы остановить Вождя.
— Всех добивайте! — на этот раз в голосе Хакера слышалась тревожность. — Быстро!
Это был не истеричный выкрик, а холодная команда. Никто не стал переспрашивать.
Голову главаря пробили пули Архитектора и Увальня, и Вождь, надеявшийся, как было по плану, захомутать его живьем, притормозил.
Я выдернул оба ножа из рук оставшегося охотника, по-прежнему смотрящего на меня не отрываясь, и вонзил их один над ключицей, сверху вниз, а второй, наоборот, прямо под нижнее левое ребро и чуть вверх.
Шрам добавил от себя, снеся ему пулей верх черепа. Даже не знаю, от чего охотник умер раньше.
